– Ты права, – он отстранился и повел меня к выходу. – Ты очень красивая, Роза. Очень. Если бы ты знала, как я хочу сорвать с тебя это воздушное платье...

Я начала смущенно кашлять, ощущая, как кровь прильнула к щекам.

– Варвар.

– Твой варвар.

Ревиан открывает портал, и через несколько секунд мы оказываемся во внутреннем дворе императорского дворца.

– Если кто-то полезет с вопросами — улыбайся и ничего не объясняй, – шепчет Ревиан на ухо, ведя меня по мраморным ступеням.

– А если полезешь ты? – прищуриваюсь, чувствуя, как под платьем сходит с ума собственное сердце.

Он только усмехается, ни капли не сбавляя шаг.

Тронный зал поражал размахом. Потолки терялись в вышине, сверкая сотнями магических светильников. Повсюду шелестели ткани, мелькали драгоценности, звучала музыка, и среди всего этого – я под руку с человеком, точнее, драконом, который по положению почти наравне с императором.

Разумеется, как только мы вошли, сотни глаз впились в нас. Но если Ревиан чувствовал себя непринужденно, как тот, кто купался в этом дерьме с детства, я, мягко говоря, ощущала себя не в своей тарелке.

– Идем, поприветствуем брата, – шепчет Ревиан, отвлекая от мрачных мыслей, а потом я приглашу тебя на танец и буду сжимать твое стройное тело в объятиях.

– Это неприлично, – бурчу я.

– Танцевать? – усмехнулся он, поглаживая большим пальцем запястье.

– Неприлично – неприлично танцевать.

– Роза...

– Что?

– Хочу тебя.

Внизу живота началась сладкая пульсация.

Открываю рот, чтобы выдать что-то в духе «танцевальный извращенец», как внезапно наш путь преграждает Агнесс.

– Добрый вечер, – щедро накрашенные губы императрицы дергаются в улыбке.

Ревиан хмурится и сухо произносит:

– Добрый вечер, Агнесс.

– Ревиан, ты не будешь против, если я уведу у тебя Розу на несколько минут?

– Почему ты спрашиваешь у меня? Спроси у Розы.

И без того красные щеки Агнесс заливаются краской.

– Роза, – цедит сквозь улыбку, – поговорим?

Дико хочу отказаться.

Вот прям сказать змее в лицо слово «нет», но... понимаю, что так делать нельзя. Проблем у меня и так много, так что придется сделать над собой усилие и мило побеседовать.

– Да, конечно.

– Ты что себе позволяешь, дрянь?! – шипит Агнесс, как только мы выходим из тронного зала.

– О чем ты? – цежу, скрестив на груди руки.

– Как о чем? Я о Ревиане! Точнее, о том, что ты, стерва, украла его у меня, – она перешла на фальцет, вызвав боль в ушах.

Тяжело вздохнув, нервно сцепила пальцы.

Ну вот, апокалипсис наступил раньше, чем я думала.

– Ты змея, забравшаяся в постель, – продолжала сыпать оскорблениями Агнесс, думая, что если я молчу, значит, чувствую раскаяние. – Тварь. Мерзавка. Потаскуха...

– Агнесс, прекрати, – прорычала я.

Императрица раскраснелась и дышала через раз. Такое ощущение, что еще одно мое слово, и она сорвется с цепи.

– Твои чувства к Ревиану, – вкрадчиво начинаю я, поймав ее взгляд, полный ярости, – ненормальны.

– Ах, ненормальны? – цедит сквозь зубы.

– Ты одержима им.

– Да кто ты такая, чтобы говорить мне это?!

– Просто выслушай, – говорю я, продолжая мрачно взирать в ее глаза. – Ревиан – брат твоего мужа. Понимаешь? И для такого, как он, под запретом не то что встречаться – даже смотреть в твою сторону.

– Вот поэтому я и просила тебя развести меня с Харданом! – зарычала так громко, что проходящие мимо девицы в многослойных платьях остановились, жадно прислушиваясь. – Чего уставились?! – Агнесс резко обернулась в их сторону.

Как только побелевшие девушки спешно ретировались, я продолжила:

– Агнесс, насильно мил не будешь.

Она медленно повернулась ко мне и выплюнула:

– Ты отняла его у меня.

– Он не был твоим, чтобы ты могла так говорить, – я отрицательно качаю головой.

Чего я добиваюсь?

Женщина, ослепленная ревностью, не самый благоразумный собеседник.

– Почему ты, а не я? – с болью в голосе произносит она.

– Тебе пора уже выбирать себя, а не гоняться за призраками, – бормочу я, ощущая, как сжалось сердце. – Не один мужчина, особенно тот, кто не отвечает взаимностью, не стоит того, чтобы ты так страдала.

– Тебе легко говорить, – усмехнулась она, обведя меня ненавистным взглядом. – Ты... рядом с ним. Спишь с ним. Получаешь его внимание и ласку. Тебе легко говорить! – закричала она, сжав кулаки.

Я морщусь, продолжая смотреть в ее глаза.

Если бы я безответно влюбилась в Ревиана, стала бы я себя вести также, как Агнесс?

Разумеется, нет.

И дело даже не в самооценке. Просто я, как бы банально ни звучало, сильная и самодостаточная. И человек, который не отвечает мне взаимностью, точно долго не задержится в моем сердце.