– И чем же? – хрипло выдает, останавливая взгляд в районе моей шее.

– Занимался любовью с рыжеволосой, – спокойно произнесла я, а у самой горький ком застрял в горле. – Не стала вам мешать. Просто тихонько ушла.

– С какой рыжеволосой? – серые глаза стали похожи на блюдца.

Я закатила глаза.

Типичный мужик. Сейчас еще и все отрицать начнет. Просто прекрасно.

– Я с трех часов ночи находился в департаменте, – напирает он, впившись в меня острым взглядом. – Какая рыжеволосая, Роза?!

– Я видела, как она выходит из твоей спальни, – хмурясь, говорю я. – Не смей отрицать, что...

– А ты знаешь, где находится моя спальня?

– Да. На третьем этаже.

Он усмехнулся.

– Нет, цветочек. Моя спальня на том же этаже, что и твоя. А на третьем – несколько комнат, отданных слугам.

Он что, действительно думает, что я поверю?

Я скрестила руки на груди и отвернулась, всем своим видом показывая, что я думаю по этому поводу.

– Роза.

Молчу.

– Я тебе не изменяю. Но очень рад, что ты ревнуешь.

Мое глупое сердце застучало со скоростью света.

Что значит «я тебе не изменяю»?

Он что… он… действительно считает нас парой? Это же уму непостижимо!

– Ты вправе делать все, что пожелаешь, – бросаю холодно, почти не узнавая свой голос. – Мы друг другу никто.

– Все, что пожелаю? – с ленцой переспрашивает он, и я чувствую, как внутри что-то дергается.

– К чему все эти разговоры? – не выдерживаю и резко оборачиваюсь.

В ту же секунду его руки обхватывают мою талию, горячие, крепкие, будто специально, чтобы показать, кто здесь главный. Он притягивает меня резко, выбивая из легких весь воздух.

Я только собираюсь выдать возмущенную тираду, но не успеваю – его рот накрывает мой в поцелуе. Горячем, властном, без права на отказ...

На мгновение все вокруг проваливается в ничто. Ни мыслей, ни пола под ногами, только он, его губы, и нарастающее безумие в крови.

– Роза… – шепчет он, отрываясь от губ и спускаясь к шее. Его голос будто проникает под кожу. – Ты такая красивая… А твои зеленые глаза снятся мне по ночам.

– Только глаза? – выдыхаю, закидывая руки ему на шею.

Ревиан не отвечает, открывает портал и входит в него вместе со мной.

Но стоит оказаться в гостиной, я замираю, во все глаза рассматривая клубок сплетенных тел на бархатном диване. Давешняя рыжеволосая и какой-то мускулистый мужик.

– Мы вам не мешаем? – интересуется Ревиан.

Парочка вздрагивает. Мужчина срывается с дивана вниз спиной, а девушка прямиком на него. Выглядит это как сцена из дешевого, но весьма зрелищного фильма. Пока они торопливо натягивают на себя одежду и встают, меня внезапно пробивает на истерический, почти безумный смех.

Уцепившись за Ревиана, я хохочу, уже не в силах остановиться.

– Роза... – Ревиан притягивает меня к себе, – надеюсь, теперь ты убедилась, что у меня нет любовницы. Это всего лишь излишне... любвеобильные слуги, – хмуро пробормотал он.

Я киваю, не переставая улыбаться.

Он провел большим пальцем по моим губам и вновь потянулся за поцелуем.

– Момент испорчен, – с напускным спокойствием говорю я, вглядываясь в его лицо.

Только сейчас замечаю глубокие тени под глазами, чуть заострившиеся скулы, напряженные мышцы шеи.

Сколько он не спал?

– Правда? – притворно вздыхает, носом зарывшись в мои волосы. – Ты очень вкусно пахнешь, – он переместил горячие ладони на талию. – Просто сводишь меня с ума.

– Ревиан.

– Что?

– Мне кажется, тебе нужно отдохнуть.

– Мне?

– Да.

– Может, и тебе тогда? – хрипло изрек, поглаживая чуть пониже спины.

– Мне нужно в суд, – заявила я и зажмурилась.

Но если я ждала, что он начнет возмущаться, то ошибалась.

– Хорошо, пошли. А потом сходим в ресторацию.

Я обхватила его лицо ладонями и вкрадчиво произнесла:

– Я могу сама сходить. А ты оставайся дома. Хорошо?

Он перемешает взгляд на мои губы, и по моему телу заскользили сотни сумасшедших мурашек.

– Без меня может быть опасно. Практика показывает, что даже приставленные к тебе охранники не справляются.

Смотрит так уперто, что ясно – хоть лбом об стену бейся, не переубедишь.

Внезапно Ревиан наклоняется и начинает покрывать мою руку поцелуями от запястья до плеча. И целует с таким рвением, что аж жарко стало.

Ощущаю себя Мартишей Адамс...

– Идем, – не выдерживаю я, останавливая это безумие.

– Минуту, – произнес, поцеловав ямочку на шее.

Я с шумом выдохнула.

Что он со мной делает, право слово...

Я ведь превращаюсь в мартовскую кошку.