Лёгкое прикосновение к плечу заставило меня зашевелиться. Открыв глаза, первое, что я увидела, — это была улыбка Егора. Склонившись, мужчина был повёрнут в мою сторону. Тыльной стороной ладони он гладил мою скулу и подбородок: то спускаясь, то поднимаясь.

— Приехали? — засуетилась я, в спешке поднимаясь и оглядываясь по сторонам.

Он кивнул в ответ.

Я выглянула в окно, пытаясь понять, где мы находимся. Однако жилой комплекс показался мне незнакомым. Двухэтажные таунхаусы, похожие друг на друга. Невысокие деревья и зелёные туи, а ещё клумбы с розами…

И хоть внутри меня всё ещё бушевали сомнения, я всё же осмелилась выйти на улицу.

— Нам сюда, — поравнявшись со мной, Егор указал направление.

До его дома были считанные шаги. Даже минуты не прошло, как мы оказались стоять на пороге одного из таунхаусов. Пошарив рукой в заднем кармане джинсов, Егор достал ключ и открыл им дверь. Отступил немного в сторону, пропуская меня вперёд.

Просторный холл встретил запахом свежести и лёгкого аромата древесины. Светлый интерьер в скандинавском стиле, минимум мебели и максимум уюта. В углу стоял большой серый диван, напротив которого висел телевизор с огромным экраном. На столике рядом — керамическая ваза с полевыми цветами. Всё выглядело так, будто здесь живёт человек, который ценит простоту и комфорт.

— Чувствуй себя как дома, — первое, что сказал Егор, когда мы вошли в гостиную. — Чай или кофе?

— Чай, пожалуйста… — ответила я, продолжая осматриваться.

Кивнув, Егор двинулся в сторону кухни, оставляя меня тет-а-тет со своими мыслями. Я присела на край дивана, скрестив руки на коленях. Всё вокруг казалось чужим, но в то же время таким… правильным. Не знаю почему, но здесь я чувствовала себя спокойнее, чем за последние несколько месяцев.

Егор вернулся в гостиную спустя несколько минут, держа в руках чашки чая. Поставив посуду на деревянный стол, мужчина сел рядом, вальяжно облокотившись на спинку дивана.

Смотрел на меня долго и неотрывно. Его грудная клетка вздымалась от дыхания, а уголки губ едва заметно расплывались в кривоватой улыбке. Казалось, что он до сих пор не верил, что я рядом и сейчас сижу перед ним. Честно признаться, я и сама с трудом верила, что не сплю и всё, что происходит, — это наяву.

Внимательно изучив меня взглядом, Егор заговорил:

— Ты выглядишь уставшей. Если хочешь, можешь принять душ или просто отдохнуть.

— Спасибо, — тихо промолвила я, обхватив чашку обеими руками.

Тишина воцарилась в этой простой, но уютной гостиной. Егор больше не пытался завести разговор, за что я была ему благодарна. Молчание не казалось неловким, напротив — оно было наполнено каким-то комфортом, словно мы оба сейчас понимали, что любые слова лишние.

***

Егор выделил мне отдельную спальню на втором этаже. Просторная комната с большими окнами, из которых открывался вид на сад, была уютно обставлена: широкая кровать с мягким изголовьем, светлые шторы, небольшой столик и кресло у окна. На прикроватной тумбочке стояла лампа с тёплым светом, создавая атмосферу спокойствия.

Приняв душ, я почувствовала себя легче. Прохладная вода смыла напряжение и тревогу, однако полностью избавить от мыслей — увы…

Надела предложенную Егором футболку — просторную, свежую, с запахом мужского одеколона. Хоть аромат и был приятным (древесный, с некой горчинкой и ноткой бергамота), однако казался чужим… до чёртиков.

И вдруг я задумалась. А что я здесь делаю, зачем припёрлась к молодому мужику в его холостяцкую берлогу? Ну чтобы что? Заглушить боль от неразделённой любви мужа? Забыться в чужих объятиях?

Ну камон… Кому я вру?

Нельзя же обманывать саму себя. Рано или поздно всё равно ведь накроет.

Видит бог, я пыталась бороться с внутренними разногласиями. Даже легла на кровать и укрылась лёгким пледом. Ворочалась с боку на бок, подбирая удобную позу, чтобы заснуть. Но сон, как назло, всё не приходил.

Мыслями я постоянно возвращалась к мужу: “Может, я всё-таки ошиблась. Может, не стоило рубить сгоряча и дать нам с Лёшей немного времени. Может, всё не так страшно, как кажется”.

Эти дурацкие “может” сводили с ума. Перед глазами всплывали моменты: свадьба, рождение Дашки, те редкие дни, когда мы были счастливы. Но затем воспоминания сменялись болью — его равнодушие, холодность, измена…

Устав от прошлого, которое давило на меня тяжёлым прессом, я встала с кровати и подошла к окну. Лунный свет освещал сад, где ветер тихо покачивал ветви деревьев. Это зрелище немного успокоило.

А затем во внутреннем дворике я увидела ЕГО. Егор сидел в плетёном кресле. На стеклянном столике перед ним стояла бутылка алкоголя и один бокал… Он курил сигарету, выпуская вверх кольца никотинового дыма.