День закончился спокойно. Последний посетитель ушёл незадолго до заката. Витрина опустела почти полностью, только в дальнем углу осталось два пирожных с вишней, которые тут же съели мои Таэн и Розмарий.

Лидья мыла чашки, напевая себе под нос. Я с теплом в груди наблюдала за расцветшей женщиной. Розмарий уснул на стуле у стены и похрапывал с достоинством человека, честно отработавшего день. Я тихонько подошла к нему и накрыла его шалью.

Кириан ушёл уже час назад и до сих пор не вернулся. Честно говоря, меня это ни капли не огорчало. Когда мужчины не было в поле моего зрения, я о нём редко вспоминала. Наша метка истинности вызывала у меня всё больше и больше вопросов.

Я вышла на веранду, устало вытирая полотенцем лицо и едва переставляя гудящие от усталости ноги. Ещё и бок дал о себе знать, затянув знакомой тупой и однородной болью.

Небо уже потемнело, первые звёзды загадочно мерцали над крышами. Воздух был прохладным, он приятно проходился по покрытой испариной коже. Я опустилась на деревянную ступеньку и со стоном облегчения вытянула гудящие ноги.

Рядом скрипнули доски. Я не стала оборачиваться, потому что по звуку шагов уже знала, кто идёт. Мужчина обогнул меня, и я с разочарованием и горечью подумала, что Таэн сейчас уйдёт, так и не поговорив со мной. Но мужчина вновь решил удивлять меня. Дракон присел на нижнюю ступеньку, взял мою правую ногу и стащил с неё туфлю.

— Таэн… Что ты… — я дёрнулась и попыталась отстраниться, но хватка на щиколотке стала чуть сильнее.

Мужчина твёрдо потянул мою ногу на себя, устроил босую стопу на бедре. С правой ногой Таэн поступил так же. Больше я не могла сопротивляться. Я со стоном откинулась назад на согнутые в локтях руки, когда Таэн начал разминать икры и стопы своими огромными и приятно горячими пальцами.

Под его прикосновениями усталость быстро отходила на второй план. Зато появлялись другие чувства. Внизу живота всё тянуло. Требовательно и жарко. Жадно.

Я смотрела в спокойное лицо Таэна, которое едва угадывалось в слабом свете, льющемся из таверны и окружающих домов.

— Ты молодец, — пальцы Таэна скользнули по икре вверх и замерли под коленной чашечкой. — Ты справилась.

Мои мысли слегка поплыли, потому что под коленкой у меня оказалось особенно чувствительное место. Захотелось бесстыдно выгнуться и… Я укусила нижнюю губу до боли, чувствуя кровь на языке. Немного пришла в себя.

— Спасибо. Вы мне очень помогли. Да и твоя реклама оказалась выше всяких похвал, — мой голос был предательски хриплым и низким, выдавал все мои чувства и желания.

— Что испортили, то и починили, — Таэн дёрнул уголком губ, однако, ухмылка вышла слишком горькой.

Он опустил голову и просто с задумчивостью поглаживал мои щиколотки и икры. Дул лёгкий ветерок, над головой мерцали звёзды. Но моей самой яркой звездой в этом мире оказался мужчина, который сидел передо мной на корточках и разминал гудящие ноги.

Глядя в его смурное лицо, потянула руку и, не удержавшись, коснулась пальцами лица мужчины. Мягко провела, из-за чего он вздрогнул.

— Таэн, — позвала тихо, млея от чувства горячей и шершавой кожи под подушечками пальцев.

— Да? — отозвался хрипло, не поднимая на меня глаз и замерев в нерешительности, от которое моё сердце сжалось от нежности.

— Зачем ты так со мной? — он вскинул всё же голову и нахмурился, не понимая до конца суть вопроса. — Почему ты так… заботлив? Помогаешь постоянно, защищаешь и… — я не смогла договорить, потому что в горле встал ком.

Влюбляешь в себя.

Таэн немного побледнел, что было заметно даже в тусклом свете. Пальцы на моих икрах сжались чуть сильнее. Мужчина скользил взглядом по моему лицу, на котором, я уверена, была написана готовность расплакаться от бессилия.

— Я нашёл свою жемчужину, — произнёс он едва слышно, почти шёпотом. — Но она в чужой раковине.

Я вздрогнула. Эти слова звучали, как признание. Я испугано опустила взгляд, чувствуя себя виноватой перед ним. Молчала несколько секунд, размышляя над дальнейшими словами.

— Как же нам быть, Таэн? — спросила я тихо.

Мужчина долго не отвечал. Его руки скользили по моим ногам, пальцы оглаживали каждый пальчик на стопах. Подушечки обводили ногти.

— Я буду рядом, — сказал он наконец. И хоть его голос звучал ровно, в нём я отчётливо улавливала боль. —Можно быть рядом с женщиной, даже когда она принадлежит другому.

Я вздрогнула, слова мужчины ударили под дых. Они были столь искренними и столь болезненными, что захотелось разреветься.

— Я разведусь, — сказала я, подавшись вперёд и касаясь ладонью его щеки. — Кириан даст мне развод. Я не должна была оказаться его истинной. Я уверена, что это ошибка. Я не Виола...