Когда я в первый раз после затяжного восстановления спустилась на кухню, шумная Татьяна Викторовна тут же закатила пир.

– Вся стая так волновалась за тебя, Анечка, – пожурила меня женщина, взглядом выпроваживая своих детей из своей вотчины.

Я сначала не поняла, для чего, а потом, как почти дюжина женщин ввалилась в особняк, улыбнулась, сообразив: будет очередной пикник!

Вообще такая лёгкая на подъём дружеская обстановка мне нравилась. Я хоть и вела всегда затворнический образ жизни, но сейчас мне нравился такой интерес. Сверхи искренне интересовались моим здоровьем, желали от души быть сильной и уважали за проявленную стойкость в критических условиях интервью. Было очень приятно.

Никита был рядом, Женя бегал, довольный компанией таких же быстрых живчиков, как он. Что ещё нужно?! Кто-то сказал бы: «Ничего!», и я с ним с удовольствием согласилась бы, да только сенсация последних новостей летела по всему свету:

«Русские приняли в свои ряды оборотней и ведьм!» – кричали подзаголовки последних видео, газет и журналов.

Стримы и интервью, телешоу и другие телепередачи – все были ориентированы на освещение этой сенсации, выдвигая свои предположения и мнения. И, естественно, не всегда эти мнения несли в себе положительный характер. Да только самых популярных блогеров и таргетологов государственная организация по связям с общественностью сразу взяла в оборот. Все мало-мальски опасные «языки» работали исключительно в наших интересах. Собственно, от Романова я другого и не ожидала. При всей своей молодости, наш президент отличался жёсткой хваткой и просто невероятной чуйкой. Мне иногда даже начинало казаться, что Николай Владимирович тоже из наших. Не оборотней, ведьмаков. Возможно, «седьмая вода на киселе», но что-то в нём точно было!

И всё же при всей работе правительственных затравок на благостное принятие сверхов за пределами стаи напряжение в массах обычных людей было накалено до предела. Наверное, поэтому первую неделю мы сидели в закрытом посёлке безвылазно.

Это немного нервировало, но я старалась даже в этом ожидании находить положительные стороны: играла с сыном, наслаждалась близостью с Никитой и знакомилась с членами стаи поближе. Собственно, уже через три дня я знала каждого сверха по имени и отчеству, отметила для себя особые предпочтения и яркие стороны характера, ну и поняла, что быть Луной для оборотней – это не в носу козявки ковырять. Передо мной стояла не только задача вынашивать и рожать сильное потомство для альфы.

Установленное Волковым равноправие, которого Никита добился, вырвав власть над оборотнями Севера из рук своего отца, призывало меня брать управление над бетами и омегами, когда альфа-самца рядом нет. Учитывая общественный переполох, который требовал тонкого дипломатического решения, такое случалось не редко. Никита постоянно выезжал в Москву с несколькими своими бетами для урегулирования конфликтов. Те вспыхивали с раздражающей частотой, таким образом, я примерила на себя роль вождя довольно быстро, в первые дни жутко нервничая из-за колоссальной ответственности.

А потом вообще наступил нервотрепательный момент!

Никита бросил вызов оставшемуся главе альянсу – Звереву Ивану Петровичу. В нашем мире никто не складывает полномочия, их нужно потерять, прогнувшись перед более сильным.

Я места себе не находила, когда Никита оставил меня в стае, бросив возмутительно спокойно на прощание:

– Стая – твоя. Если со мной что-то случится… – я хотела возмутиться, но Никита строго посмотрел на меня, не позволяя себя перебить. – Ради нашего сына должна будешь удержать власть. Ты – сильная. Я в тебя верю… Не гнушайся силами гибрида. Если кто-то вздумает бросить тебе вызов, выверни оборотня наружу своими ведьминскими штучками. Ты поняла?! Чтоб всех размотала!

У меня от осознания таких вероятностей ужас сковал. На глаза набежали слёзы.

Волков стиснул челюсти, сурово реагируя на мои эмоции.

– Аня, ответь. Ты поняла?

– Поняла, – всхлипнула не нарочно и прижалась к крепкому мужскому торсу. – Всех размотаю, кто позарится за твоё место.

Никита стиснул меня в объятьях, шумно вдохнув запах волос.

– Завтра овуляция, – несчастно прошептал альфа, оставляя мрачную решительность в сторону.

– Ты не должен это пропустить, – улыбнулась я сквозь слёзы, с маниакальным страхом жадно слушая ровное биение сердца любимого.

– Да, – протянул Никита, целуя меня в висок. – По-моему, отличный мотив разорвать старому льву глотку.

– Бой на смерть?

Никита об этом не говорил, поэтому я переполошилась, отстраняясь и заглядывая в глаза паре, чтобы Никита даже не думал меня обмануть.