В следующий раз Никита пришёл уже поздним вечером. И опять с полным подносом еды.

К этому времени я успела познакомиться с компьютером. Новенький аппарат прогрессивной техники был подключен и только того и ждал, чтобы я нажала на кнопку «пуск» и запустила процесс его работы. В свои профили заходить поостереглась. Лишь уточнила связь компьютера с интернетом и порадовалась, что такая возможность вообще есть.

В оставшееся время до прихода Никиты изводилась от «нечего_не_делания». За последние три года я привыкла работать руками, придумывать всякий уникальные штучки, поэтому четыре стены и тупые посиделки с самой собой и телевизором угнетали. И так нервы ни к чёрту! Столько всего узнать! Об оборотнях, альянсе и крутых планах последних. И при этом не совсем понимать, что с этими знаниями делать… Моя психика сигнализировала, что я на пределе. Сейчас хотелось одного – увидеть своего сынишку, обнять его и… и всё! Больше ничего от этой коварной жизни не надо! Наоборот, попросить её прекратить столь щедрое «одаривание» приключениями моей несчастной тушки.

Никита вошёл в мою ультра-современную темницу и поставил еду на столик.

Зашуршал пакет.

Я опустила взгляд и заметила, что Никита в это посещение не ограничился едой, как первоначально подумала.

Волков усмехнулся и вытащил из пакета книги.

– Заметил, ты не жалуешь телевизор. Принёс тебе почитать женскую периодику.

Порыв огрызнуться задавила в зародыше.

«Нельзя. Надо договариваться спокойно».

– Никита, мне здесь не нравится. Отпусти меня.

– Как понравится, так сразу и отпущу.

Открытую улыбку и ямочки на щеках я встретила унылым взглядом.

– Я в душ, – бросил Никита, скрываясь за дверью ванной комнаты.

«Сбежал! Увидел, что его обаяние не работает, и тупо смылся! Гад!»

Всё моё недовольство мигом испарилось, как только Никита показался после водных процедур на пороге логова. Учитывая тот факт, что душ я приняла тридцатью минутами ранее и вообще-то планировала ложиться спать, ведь ужин после шести – это плохо даже для обладателя супер обмена веществ (среди сверхов тоже есть упитанные особи!), практически голый альфа – это проблема! На мне футболка, на нём одно полотенце…

«Лучше бы он сбежал не ванную, а… дальше по коридору!»

Никита усмехнулся, проходя по шкафа. Как только рука волка достала с полки мужские трусы, полотенце плавно упало к ногам сверха.

«Гад!» – резко отвернувшись, уставилась на лесной массив, как на врага народа, больше не находя в супер-панельном экране спасения от одиночества. Сейчас я предпочла бы именно его, а не… эту идеальную задницу, которая явно метит на моё тюремное койка-место!

Дверь шкафа закрылась с тихим стуком. Порыв подскочить до потолка я задавила в зародыше, хоть и находилась во взвинченном состоянии.

Сидя на банкетке, всё равно почувствовала, как матрац кровати дрогнул, принимая вес оборотня.

– Ты уже поела? Какая молодец.

Голос Никиты звучал тихо и хрипло.

Дрожь побежала по спине.

А потом я поняла смысл сказанного и с удивлением уставилась на свою руку, без сопротивления заталкивающую в меня третий по счёту бутерброд, если верить памяти. На тарелки осталось два из пяти!

Моргнув, дожевала сочное мини-панини.

Никита, как ни в чём не бывало, включил пульт. Полистав каналы, остановился на каком-то детском. Несуразные феечки метались по экрану в поисках какого-то кристалла. Какого именно, мне было не интересно. За моей спиной развалился полуголый мужик в штанах, которого моё либидо яростно требует! И ему плевать на любые доводы разума! Какие уж тут феечки!?

Проглотив остатки бутерброда, запила сухомятку остывшим чаем.

Одна серия мультяшных приключений сменила другую, а я продолжала сидеть прямо, будто палку проглотила.

Никита молчал, и самое странное – я не чувствовала его внимания. Взгляды в спину всегда мною воспринимались ярко, а тут тишина.

Не знаю, сколько так просидела, но не выдержала первой.

Обернулась.

Хмык сорвался с губ раньше, чем я осознала степень вселенской насмешки.

Никита спал. И спал, как убитый, на спине и с раскинутыми руками. Хотелось бы заподозрить наглеца в коварстве и хитрости, да только мерное дыхание и расслабленные мышцы Волкова говорили сами за себя. Страшный похититель угнетённых устал. Лежит и спит без зазрения совести! Даже посапывает.

Улыбка коснулась моих губ вопреки негодования. Но только на какую-то секунду. По истечении её я нахмурила брови.