С этими словами Александр развернулся и медленно пошёл по коридору, как будто каждое движение давалось ему с трудом. Я замерла, глядя ему вслед.

– Что с ним? – тихо спросила я у Пэм.

– Ничего страшного. Он иногда слишком эмоционален, – отмахнулась она, хотя в её голосе прозвучала тень сочувствия. – Девицу так и не нашел. Может и не было ее…

– Может и так, – вздохнула я.

Мы вернулись к работе, молчаливо вешая последние шторы. Комнаты всё не заканчивались, и казалось, что за каждым поворотом будет ещё одна спальня.

– Осталась библиотека, – объявила Пэм, вздыхая и потирая поясницу.

Я молча пообещала себе сегодня же добыть для нее мазь. Пэм не жаловалась, но было видно, что каждое движение причиняет ей боль. Я подсуетилась и перенесла весь инвентарь в библиотеку сама.

Мы работали тихо, почти не разговаривая. Пэм время от времени охала и держалась за спину, а я, стараясь не шуметь, аккуратно закрепляла шторы.

Когда мы наконец закончили, я опустилась на подоконник, чувствуя, как ноги подкашиваются от усталости. Удивительно, но после того, как мы повесили свежие гардины, в комнате будто стало легче дышать.

– Славно поработали, славно, – пробормотала Пэм, собирая инструменты. – Ну что, падучая, обедать?

Я покачала головой, не в силах оторвать взгляд от старинных фолиантов. В библиотеке было так спокойно, что уходить совсем не хотелось.

Я задержалась у окна, бережно расправляя последние складки на гардинах. Хотелось, чтобы всё выглядело идеально.

– Ну, я уж точно закончила, – проворчала Пэм, потирая спину. – Не трогай только ничего лишний раз. Инструмент не забудь.

С этими словами Пэм удалилась, оставив меня одну.

Ещё раз оглядевшись, я вдохнула запах старых книг, древесины и чуть уловимый аромат саечного воска. Библиотека была уютной, словно приглашала остаться подольше.

На глаза попался позолоченный корешок с надписью «Книга драконов», выведенная крупными рельефными буквами.

Я замерла, вспомнив слова шамана: «В тебе нет ни капли драконьей магии, девочка.» Почему так? Может быть, это часть проклятья золотых драконов?

В книге точно должен был быть ответ.

Протянув руку, я аккуратно вытащила том с полки.

Книга была увесистой, с потрёпанными страницами и выцветшими иллюстрациями, изображающими величественных драконов в полёте. Я провела ладонью по её обложке, чувствуя, как пальцы покрываются тонким слоем пыли.

Устроившись в кресле у окна, я открыла книгу и погрузилась в чтение. На первых страницах описывались древние традиции драконьего племени: их ритуалы, семейные узы, магические способности.

«Драконы – существа, чья магия передаётся по крови. Их потомки наследуют не только силу, но и ответственность за свой род…»

Мою грудь сдавило странное ощущение. Это была не просто история, это была часть меня – или, по крайней мере, должна была быть.

Я осторожно перевернула страницы, открывая главы, посвященные золотым драконам.

Иллюстрации на полях были просто потрясающими, казались живыми.

«Род золотых драконов был благословлён великой силой, но вместе с этим пришла тёмная плата…» – я пробежала глазами первую строку легенды, чувствуя, как внутри всё сжалось от предчувствия.

На следующей странице появился Лаэтон, первый из рода золотых драконов. Его образ казался почти живым: чешуя сияла, словно солнечные лучи, грудь пересекал магический кристалл, но глаза… Они были мрачными, как у существа, познавшего больше, чем следовало. Удивительно, но даже на книжной иллюстрации я ловила сходство первого дракона с моим отчимом.