Я смотрела в его прекрасные, чистые сапфировые глаза, и мне стало невыносимо больно от того, насколько искренен и уязвим он сейчас был. Я вздохнула, понимая, что теперь уже не смогу просто так взять и разорвать эту нелепую помолвку. Не сейчас. Не когда он смотрит на меня вот так – с такой надеждой и нежностью.

– Конечно, нет, – тихо ответила я, сама не веря собственным словам. – Дело ведь вовсе не в деньгах…

Александр облегчённо улыбнулся, встал и осторожно взял мои руки в свои, словно боясь, что я могу исчезнуть прямо сейчас.

– Я знал, что ты другая. Что ты настоящая. И я обещаю, Тина, я сделаю всё, чтобы ты никогда не пожалела о своём выборе.

Я молча улыбнулась в ответ, чувствуя, как внутри всё обрывается. Ведь я-то знала, что уже пожалела – но совершенно по другим причинам.

Проснулась я с первыми лучами солнца. Привыкнув к тому, что в моей каморке никогда не бывает света, я совсем забыла задернуть шторы, и теперь солнечные лучи безжалостно били в глаза.

Я села на кровати, растирая лицо ладонями, и медленно огляделась. Просторная спальня с мягким ковром, огромная кровать под роскошным балдахином – всё это казалось чем-то неправдоподобным и совершенно не моим. Но воспоминания о вчерашнем дне быстро вернули меня в реальность.

Я глубоко вздохнула и, откинув одеяло, босиком подошла к большому окну. За ним открывался вид на океан, спокойный и величественный. У горизонта нежно светилось утреннее солнце, окрашивая облака в розовые и золотистые оттенки.

И тут моё внимание привлекло движение в небе. Я прищурилась, внимательно вглядываясь в облака. Высоко над водой кружились силуэты драконов. Их было несколько, и они с лёгкостью парили в потоках ветра, расправив могучие крылья.

Разглядеть подробности было невозможно, драконы были слишком далеко. Но само зрелище завораживало и наводило на мысли, от которых становилось тревожно.

Кто эти драконы? Гости, прибывшие раньше времени, или же родственники Александра? Я до сих пор не знала, как должна вести себя, если столкнусь с кем-то из драконьего семейства. Что я скажу им, если начнут задавать вопросы?

Тяжело вздохнув, я отвернулась от окна, поняв, что утро будет сложным.

Раздался тихий, но настойчивый стук в дверь. Я вздрогнула и по старой привычке бросилась к шкафу, судорожно пытаясь найти хоть что-нибудь подходящее, чтобы накинуть на себя. Но вместо привычных серых платьев прислуги моему взору предстал целый ряд роскошных платьев и накидок, явно подобранных с отменным вкусом.

Я замерла, растерянно, а потом выхватила бархатный халат глубокого изумрудного цвета с золотистыми кисточками. Быстро набросила его на плечи, завязала пояс и тут же почувствовала, как приятный, почти забытый комфорт окутал меня словно мягкое облако. Я едва сдержала стон.

Стук раздался снова, более нетерпеливо.

– Уже иду! – отозвалась я, спеша к двери и распахивая её.

За дверью стояла Пэм, держа в руках тяжелый поднос с завтраком. Она быстро вошла в комнату, буквально втолкнув меня обратно и пинком закрывая дверь за собой.

– И какого же черта ты вытворяешь?! – резко зашипела она, ставя поднос на стол и сердито сверкая глазами.

Я от неожиданности отступила назад и чуть не споткнулась о край ковра.

– Я ничего… – пролепетала я, чувствуя, как щеки заливаются краской.

Пэм сурово покачала головой, глядя на меня как на непутёвую дочь, которая снова натворила глупостей:

– Ничего она, видите ли, не делала! Ты хоть понимаешь, во что ввязалась?!

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но Пэм уже раздражённо махнула рукой: