– Пожалуй, самое время.

Я осторожно поднялась с дивана и позволила Филиппу незаметно увести меня из гостиной. Глядя в его серьёзные, но полные тепла глаза я тихо таяла от радости. Мы шли молча, но уже в библиотеке Филипп мягко обнял меня за плечи, и мы оба так и стояли, слушая приглушенный шум разговоров в гостиной, смех и тихий треск огня в камине.

Я почувствовала, как нас, словно одеялом накрывает домашняя атмосфера праздника и тепла.

Я наконец почувствовала себя на своём месте – там, где и должна была быть всегда: рядом с тем, кто заставлял сердце биться быстрее, и в кругу семьи, готовой принять и любить меня такой, какая я есть.

Кажется, в этот миг всё встало на свои места.

Весна пришла в горы неожиданно быстро, наполнив поместье золотистым солнечным светом и душистым запахом цветов.

Изумрудная трава стремительно покрыла склоны мягким ковром, так что казалось, горы сбросили с себя суровую зимнюю мантию и надели новый, праздничный наряд.

В яблоневом саду вовсю бушевало цветение – тысячи белых и розовых лепестков кружились в воздухе, подхваченные игривым весенним ветром.

Газон под деревьями стал похожа на нежную, кружевную скатерть.

Повсюду развевались лёгкие белые ленты, которые повесили по случаю свадьбы.

Оспалы, суетливо перебегая с места на место и деловито переругиваясь, собирали огромную арку из ярких цветов и зелёных ветвей.

– Нет, не туда! Не туда, говорю вам! – раздался сердитый голос Пэм, способный перекрыть любой горный ветер. – Цветочки на левую сторону, ленточки – направо! Ну сколько раз повторять?!

– Сейчас, сейчас все исправят, душа моя, – ворковал рядом с ней Ричард.

Все еще было непривычно видеть откормленного, отмытого и причесанного некроманта, увивающегося рядом с экономкой.

– Если не будете слушать, я вас убью! А потом Ричард воскресит вас, и я убью снова, понятно?!

Несколько оспалов в панике бросились исправлять ошибки, путаясь в лентах и роняя охапки цветов.

Филипп тихо рассмеялся, глядя на происходящее, и крепче сжал мою руку. Я улыбнулась, прижимаясь к его плечу и с нежностью посмотрела на него.

– Бедная Пэм, ей нужно будет дать выходной после свадьбы, – прошептала я.

– Или целую неделю, – улыбнулся Филипп и легко коснулся губами моего виска, – Очень хочется тишины.

Я почувствовала, как сердце переполняется счастьем и теплом.

– Не знаю, как ты согласилась выйти замуж за него! – буркнул Александр, таща к шатру уже третий ящик шампанского, – К нему прилагается вагон занудства и сумасшедшая семейка!

– Идеально! – крикнула я в след и спрятала улыбку на плече Филиппа, – Вот балбес.

– Жаль, что с твоей стороны так никого и не будет.

Я вздохнула, стараясь отогнать грустные мысли, но перед глазами четко стоял образ, как Зелис врывается на свадьбу моих родителей, крадет мать и сжигает всю деревню. Интересно, он поступил бы также, знай, что она уже беременна? Остановило бы это его? Не думаю.

Филипп почувствовал мою тревогу и приобнял за плечи.

– Все будет хорошо, ты в безопасности, – прошептал он и указал на небо, в котором весело резвились молодые сапфировые драконы, похоже они во что-то играли, но из-за слепящего солнца было не разглядеть.

***

Церемония была назначена на полдень, когда солнце находилось в самой высокой точке небосвода, заливая поместье тёплым, золотистым светом.

Я стояла перед большим зеркалом в гостиной, рассматривая отражение в свадебном платье, лёгком, словно облако, расшитом сотнями крошечных жемчужин, которые мягко переливались в солнечных лучах.