– Ты неисправим, Филипп! – раздражённо произнёс Александр, сверля брата сердитым взглядом. – Бабуля вовсе не просила сопровождать её на сбор ягод. Ты специально меня отправил подальше, чтобы устроить допрос моей невесте!

Филипп едва заметно приподнял подбородок и ответил ровным голосом, не отводя взгляда:

– Я всего лишь пытаюсь защитить нашу семью. Раз ты не видишь очевидного, кто-то должен быть благоразумным.

– Ты называешь благоразумием – мучить девушку вопросами? – вспылил Александр. – Если у тебя проблемы с доверием, решай их сам, а мою невесту оставь в покое!

– Я вовсе не был груб, – возразил Филипп, устремив на меня проницательный взгляд. – Но, если ты считаешь, что защита нашей семьи – грубость, мне жаль.

– А если ты считаешь, что обвинять невиновного человека – это защита, то мне ещё больше жаль! – резко ответил Александр и, повернувшись ко мне, бережно взял мои руки в свои и коснулся губами запястий.

Его голос зазвучал нежно и мягко, словно он хотел загладить причинённую братом боль.

– Простите меня, дорогая, я не защитил вас от этого грубияна.

– Я повторяю, я был вежлив, – холодно повторил Филипп, явно сдерживая раздражение.

– Отлично! – почти рыкнул Александр. – Тогда будь добр, вежливо удались, не мешай нам собирать рябину.

Александр приобнял меня за плечи и мягко увёл прочь по заснеженной аллее, подальше от напряжения и холода, который, казалось, исходил от Филиппа.

Но уходя, я не смогла удержаться от последнего взгляда через плечо. Филипп по-прежнему стоял на месте, неподвижный, прямой, словно изваяние из льда, а в его глазах промелькнуло нечто, что заставило меня вздрогнуть.

Александр медленно уводил меня прочь по заснеженным дорожкам сада, ярко-красные гроздья рябины лежали в плетёной корзине.

Александр бережно держал мою ладонь в своей, словно боясь отпустить хоть на миг.

– Простите моего брата, – мягко проговорил он, останавливаясь и глядя мне в глаза с искренним беспокойством. – Он единственный такой в семье. Остальные гораздо приятнее, поверьте.

Я улыбнулась, слегка покачав головой:

– Александр, не нужно извиняться. Думаю, он хочет защитить вас от ошибки…

– Нет никакой ошибки, – решительно прервал он, тепло улыбаясь. – Просто он слишком долго был один и слишком много времени проводит с книгами. А так у меня чудесные родители, – начал он с теплом и любовью в голосе. – Мать всегда добра и внимательна. Она потрясающая женщина, вы сразу ей понравитесь. Отец строг, но справедлив, и у него отменное чувство юмора. Ах, ну и сестры! Они великолепны. Старшая, Аделина, уже замужем за королём Тивии.

Она серьёзная и ответственная, но очень добрая, вы быстро найдёте общий язык. А младшая, Эмилия – это ходячая катастрофа, но невероятно обаятельная и весёлая.

Она точно станет вашей лучшей подругой и втянет в сотню забавных приключений.

– Звучит заманчиво, – тихо сказала я, чувствуя, как внутри поднимается щемящее тепло от его слов.

– И конечно, бабуля Елена, – продолжил он с нежностью, – она прелестна, хотя и любит ворчать. Но под этим суровым видом скрывается золотое сердце, она замужем за главой нашего рода, великим драконом-воином Скайроном. Хотя, тут можно спорить, кто на самом деле у нас главный. Я считаю, что все же бабуля.

Хотя дед, конечно, очень могущественный дракон. И как полагается легенде – самовлюблён и обладает странным чувством юмора.

Весело наблюдать за тем, как они с бабушкой обмениваются колкостями.

Александр мечтательно улыбнулся и остановился, мягко повернув меня лицом к себе. Он осторожно убрал прядь волос с моего лица и посмотрел мне в глаза так нежно, что сердце болезненно сжалось.