Дариус шагнул вперёд, бегло окинул взглядом комнату: раскрытые книги, заметки, идеи, и наш совместный план действий, набросанный от руки. Конечно, он начал бы работать, если бы я успела применить магию прямо сейчас.

— Вы собирались использовать магию? — спросил он, сдержанно, но явно напрягаясь.

— Мы хотели попробовать, — призналась я честно, отводя взгляд.

Врать я не собиралась. Это бы не только обидело моих мужей, но и поставило под сомнение всю глубину наших отношений. Да, я пришла сюда втайне, но чувства их уважала.

— Ты беременна, — тихо, но с нажимом напомнил Андриан.

— Именно поэтому я хочу попробовать. Я чувствую себя хорошо. И если это не вредит малышу, я хочу использовать шанс. Создать для него мир без проклятия. Мир, в котором будут и другие дети, и их счастливые родители.

— Но, Кира… — начал Люциус, и в его голосе звучала почти мольба. — Это может быть опасно. Мы просто не можем так рисковать.

Я подошла ближе, мягко взяла его за руку и посмотрела в глаза — в эти глубокие, полные тревоги глаза.

— Я знаю. И я ценю вашу заботу. Но послушай… если не сейчас, то когда? Пока я сильна, пока всё под контролем, пока во мне есть эта вера — я хочу действовать. Не безрассудно, а осознанно. Просто я устала бояться. Хочу жить, не оглядываясь назад.

Повисла тишина. Вампиры переглянулись. Без слов, но с пониманием. Они знали, что я не одна это чувствую — они тоже хотят лучшего будущего для нашего ребёнка. Они тоже борются. Уже сообщили Совету о проклятии и его тени, которая всё ещё висит над родами вампиров. По их словам, Совет собирался изъять любую информацию, способную снова породить такое зло, какое совершил Алехандро.

— Но пока нет заключения лекаря — это риск, — твёрдо сказал Андриан. — И мы не можем позволить тебе идти на него.

— То есть… после осмотра, если он даст добро, я смогу попробовать?

— Под его наблюдением. И нашим, — подтвердил Дариус.

Я улыбнулась — облегчённо, с благодарностью — и поочерёдно обняла всех троих. Сначала Дариуса, потом Люциуса и Андриана. Словно невидимая стена, ставшая между нами после новости о беременности, рухнула. Оказывается, иногда нужно просто взять и откровенно поговорить. Без паники. Без напряжения.

— Хейли? — раздался голос Азары. — Что здесь происходит?

— Всё так, как ты думаешь, — вздохнула Хейли.

— Ты была готова подвергнуть ребёнка Киры опасности? Ребёнка, который может стать надеждой для всех? О чем ты думала?

— Искушение оказалось слишком сильным, — хмыкнула Хейли. — Прости. Это была моя слабость.

— Всё в порядке. Я сама пришла, — вставила я, пытаясь смягчить ситуацию.

— Ты не понимаешь, во что ввязываешься, — строго проговорила Азара, посмотрев на меня. — В мире, где ты выросла, много детей?

— Ну… бывают случаи, когда пары не могут завести детей, но медицина не стоит на месте. А если уж совсем ничего не помогает — можно усыновить ребёнка из детского дома.

— Детского дома? — переспросила вампирша, нахмурившись.

— Да. Туда попадают дети, от которых отказались или которых изъяли у родителей за ненадлежащий уход.

— Какой ужас, — выдохнула она, меняясь в лице. — Но именно это я и хотела сказать. Ты привыкла видеть детей вокруг и не задумываешься, каким чудом может быть рождение ребёнка для нас. О проклятии знают все вампиры, и сейчас твой малыш — это надежда. Надежда на то, что от проклятия не останется и следа. Ты хочешь, чтобы в каждом доме звучал детский смех? Так вот — этого хотят все.

Поджав губы, я кивнула, понимая, о чём говорит Азара. На мгновение стало неловко — будто я совершила что-то неправильное. Но я отогнала эти мысли. Мы с ней смотрим на мир по-разному, но стремимся к одному и тому же. И если лекарь разрешит мне использовать магию Процветания — я не останусь в стороне. Не сейчас.

— На этом всё, — вздохнул Андриан. — Мы уходим.

Он аккуратно поднял меня на руки, словно я вдруг стала слишком хрупкой, чтобы идти самой. Люциус и Дариус шли рядом, как два молчаливых стража. Даже сейчас они были настороже. И, кажется, так будет до самых родов.

— Теперь ты всегда будеш под нашим присмотром, — проговорил Андриан, когда мы вернулись домой.

— Под присмотром? — переспросила я с неловкой улыбкой.

— Кира, ты не представляешь, как мы боимся, — неожиданно хрипло выдохнул Дариус, и моё сердце пропустило несколько ударов. — Я никогда не думал, что способен так бояться. Но теперь меня пугает даже малейшая вероятность, что с тобой может что-то случиться. Любая мелочь может причинить тебе вред…