Не удивительно, что он так бдительно следил за мной. Жаль, что память от прошлой хозяйки тела не сохранилась и я понятия не имела, что она натворила, тогда извинения прозвучали бы более убедительно.

– Ланс, мне очень нужно в город, – состроила умоляющую мордашку, но снова наткнулась на каменную стену, – пожалуйста, обещаю, что быстро вернусь.

– Нет, – упрямо поджал губы, – ваши родители приказали не выпускать вас без их дозволения.

Это была подстава подстав. Хуже и представить нельзя. Я оказалась заперта в золотой клетке.

– Послушай, – неожиданно пришла идея, – Ланс, у меня ведь нет личного рыцаря? – Тонко намекнула.

Эта должность считается очень престижной. Во-первых, оплата выше, во-вторых, работы меньше, но у Рози такого телохранителя не было, ее дурной нрав отпугивал всех. Чем я и решила бессовестно воспользоваться, позволяя Лансу, как бы следить за мной, но за дополнительную плату.

– Ни за что. – Он даже отпрыгнул на шаг, словно увидел ядовитую змею.

Кажется, бравый воин испугался такой перспективы. А я глухо застонала. Оставался последний вариант: сказать правду.

– Ланс, мне очень нужна твоя помощь, не хочешь становиться моим рыцарем – не надо, только сопроводи меня в город, к ближайшему скупщику ювелирных изделий, – потрясла мешочком в воздухе.

– Вы хотите опозорить семью? – Ужаснулся он.

А я уже сама была готова выть и лаять, от злости. Любой поступок воспринимался в штыки.

– Что за чушь? – взвилась не на шутку. – Я просто хочу продать ненужные украшения, которые валяются в шкатулке без дела.

– Скупщики не умеют держать язык за зубами, – спокойно пояснил Ланс, – к обеду вся столица будет обсуждать, как дочь герцога Брэдфорда распродает приданое.

Об этом я и правда не подумала. Продажа украшений, да еще так, в открытую, могла сильно ударить по семье. Слухами земля полнится, особенно в высшем свете, это тот еще гадюшник.

– И как быть? Мне нужно продать эти украшения, только не спрашивай для чего, но это очень важно. – Мне показалось, что с Лансом можно быть открытой, он не тот, кто станет чесать языком.

– Я помогу, – неожиданно согласился, задумчиво смотря на меня, словно видел впервые, – но потом, вы честно расскажите, для чего вам это понадобилось.

– Договорились. – Радостно просияла, даже не уточнив, как он собирался помогать.

А все оказалось очень просто. У Ланса был знакомый ювелир, который с радостью выкупал украшения с камнями хорошего качества, позже, он переплавлял эти изделия, создавая настоящие шедевры. Узреть его мастерство, удалось лично, и даже поторговаться, что доставило особое удовольствие.

Всего я продала десять комплектов с самоцветами, разного качества и размеров. Украшения оказались довольно старинными, но не настолько, чтобы это добавляло им стоимости, а вот чистейшие камешки помогли мне озолотиться. Вышло на пятьдесят две тысячи золотых монет.

Сумма немалая, пришлось даже подождать, пока ювелир опустошит свои закрома, но сам он не мог отказаться от такой удачи и был уверен, что утроит сумму вложений. Я даже взгрустнула, что не обладала такими же талантами. Распрощались мы на приятной ноте, пообещав друг другу, что не будем болтать лишнего. Оба остались довольны. Хотя даже трое, Ланс получил свою правду и похвалил, за предстоящий разрыв помолвки, правда, сделал это в привычной ему манере, сухо и угрюмо.

Вернулась домой ближе к обеду, и только благодаря брату, поместье не стояло на ушах. Матушка просила не сбегать, не предупредив, отец бросал угрюмые взгляды, но не ругал, а маленькая Аннабель была просто счастлива, вилась вокруг меня хвостиком, стоило только войти в зал.

– Малькольм, – позвала брата, который явно был не в духе, – я готова к разговору с отцом. – Шепнула ему в область груди.

Брат тяжело вздохнул, и почти обреченным голосом обратился к родителю:

– Отец, ты не мог бы уделить мне пару минут, для одного очень важного разговора?

Так как все сидели в главном зале, дожидаясь обеда, не пришлось даже далеко идти, ради этой просьбы.

– Говори здесь, сын, – дозволил отец, – если, конечно, твой разговор допустим в присутствии женщин.

– Конечно, – на брата было больно смотреть, он весь побелел, – я хотел поговорить об обучении Розали, с ее даром прямая дорога в ВАМ, и я готов взять на себя ответственность и присматривать за сестрой, пока она находится в академии.

Все это он выпалил на одном дыхании, словно боялся родителя до смерти. Хотя это могло быть правдой, герцог Брэдфорд воспитывал наследника в строгости, в отличие от своих дочерей.

– Не думаю, что это хорошая идея, – отец быстро потерял интерес к беседе, – Рози не в том состоянии, чтобы отправляться в Академию, ее потеря памяти может плохо сказаться на всей семье.