— Помню, помню, — отмахнулся он, но выражение его лица стало серьезнее. — Просто думаю нам не стоит больше сдесь задерживаться.

— Я знаю, что Бармар кишит магами, — проговорила я, снова понизив голос, будто само название города могло привлечь чье-то внимание. — Это меня и пугает больше всего. После общения с этими двумя… Нет, Бен, нет у меня ни малейшего желания селиться у них под боком.

Бармар. Город-цитадель. Неофициальная столица всего магического сообщества королевства. В моем воображении он рисовался огромным, холодным и ослепительным. На самой вершине утеса, подпирающего небеса, должна была выситься серая, неприступная громада Академии. А у ее подножия, как змеиное гнездо, должен был ютиться сам город — невеликий, но невероятно богатый, сверкающий витражами и самоцветами, отполированными камнями мостовых.

Главный его товар, его валюта и его оружие — магия. Там был свой замкнутый Совет, свои тайные гильдии, свои законы. Туда стекались просьбы и золото со всего королевства, а взамен текли чары, зелья, предсказания и защитные обереги. Все — за немыслимые деньги.

И мое нутро, та самая «пятая точка», настойчиво твердила: нет. Жизнь простой одинокой женщины с ребенком, в таком месте будет сущим наказанием.

Сумма, которую мог запросить академический маг за то, чтобы взять ученика, наверняка превысит оплату Софи. Мечта о скромном, может, чуть чудаковатом провинциальном маге, который согласится учить за умеренную оплату, таяла с каждым днем. Видимо, моим мечтам не суждено было сбыться. Реальность была куда жестче и дороже.

— Я их тоже не жалую, — неожиданно мрачно поддержал Бен. Он отвернулся, глядя в запотевшее окошко, за которым клубился вечерний туман. — Надменное отродье. Думают, что мир вертится вокруг них, - потом он обернулся, и смягченым вглядом, снова ушел в сторону двери, за которой возился Кевин. — Но твой пацан, конечно совсем другое дело. Для него, может, и правда там лучше.

На это у меня не нашлось слов. Я лишь бессильно покачала головой, чувствуя, как снова накатывает волна отчаяния.

Идеальным вариантом были бы не маги-чужаки, а свои. Кровные. Родственники по отцовской линии, о которых я не знала ровным счетом ничего, кроме того, что они, должно быть, существуют и, должно быть, обладают той же силой, что и Кевин. Но ясное, рациональное желание найти их тонуло в болоте страха. Я оттягивала этот момент, как приговоренный тянет время до казни. Боялась, что эта дорога приведет нас не к спасению, а в еще большую беду.

И над всем этим, как дамоклов меч, висело предупреждение того самого книжника: «Браслеты. Они понадобятся, когда сила начнет прорываться всерьез. Без них он может навредить себе и другим». С тех пор, после того первого, неконтролируемого инцидента, Кевин вел себя как обычный ребенок. Ни вспышек, ни необъяснимых смертей. Но было ли это затишьем перед бурей?

Эти браслеты нельзя было купить в любой лавке. Их делали только в кузнице Ждакрада. В горах, у самого входа в сеть бесконечных туннелей и отработанных шахт. Там жили не гномы — знакомые мне из сказок. Нет, Ждакрад населяли кралы.

Народец молчаливый, закрытый, нелюдимый и столь же нелюбимый в здешних краях, как и все, кто хоть как-то отличался от здешних.

«Пока не требуется — и не надо», — упрямо твердила я себе каждый день. А еще я думала, что если уж наш путь все-таки приведет в Бармар, то там, в этом городе, где есть все, наверняка найдется и альтернатива. Наверняка.

В комнате повисло тяжелое молчание, нарушаемое лишь потрескиванием поленьев в очаге и далеким стуком Кевинова. Бен ждал. Ждал решения, которое должна была принять я и только я.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, в котором смешались запахи пыли, еды и собственного сомнения.

— Если завтра он не объявится, — сказала я твердо, — То едем. В Бармар.

Бен молча кивнул.

— Через Калигроф.

Калигроф — блестящая, вычурная столица королевства. Город беломраморных дворцов. Последний оплот обычного, немагического мира перед вратами цитадели волшебства.

Судьба, казалось, все же сжалилась надо мной. На следующий день у башни, когда я уже почти смирилась с мыслью о поездке в зловещий Бармар, в конце пыльной дороги появился человек.

Это был худощавый мужчина средних лет, закутанный в поношенный, но добротный дорожный плащ. На плече он нёс мешок и кожаный тубус. Увидев меня нахмурился и попытался было спровадить, явно приняв за одну из навязвивых просящих.

— Сэр, — решительно преградила я ему путь, заставив остановиться. — Мне не нужно любовное зелье, сглаз или заговор на утраченную молодость. Мне порекомендовали вас как учителя. Порядочного, внимательного и… невероятно талантливого.