— Почему у тебя есть доступ к моей квартире?

Она обернулась, и абсолютно невозмутимо сказала:

— Я сделала дубликат.

Пауза.

— Когда?

— После первого дня знакомства.

Я медленно моргнула.

— …зачем?

Она пожала плечами, снимая куртку.

— Я была уверена, что теперь это и мой дом тоже.

Я уставилась на неё.

— Ты сумасшедшая.

— Возможно, — легко согласилась она. — Но посмотри, как это сейчас удобно.

Я закрыла дверь и почему-то… не стала спорить дальше.

— Ладно, — выдохнула я. — Сегодня ты победила.

— Я всегда побеждаю, — довольно сказала она и направилась на кухню. — Идём. Я принесла еду. Много еды. Неприлично много еды.

Кухня выглядела как место преступления -пакеты, коробки, сладкое, солёное, странное.

— Ты ограбила магазин? — спросила я, опускаясь на стул.

— Нет, я спасла тебя, — поправила она. — Это разные вещи.

Я слабо усмехнулась.

Лисса устроилась напротив и хлопнула ладонями по столу.

— Итак. План по спасению Милы.

— Боюсь.

— Правильно делаешь, — кивнула она. — Начнём с простого. Нам нужно срочно отвлечь тебя.

Я откинулась на спинку стула.

— Попробуй.

Она загибает пальцы.

— Вариант первый: мы едем ночью куда глаза глядят.

— Уже звучит как плохая идея.

— Ладно, тогда вариант второй: караоке.

— Нет.

— Почему?

— Я не хочу, чтобы это стало последним воспоминанием обо мне.

— Жаль. Ты могла бы уйти громко.

Я фыркнула.

— Дальше.

— Вариант третий: мы идём гулять и начинаем придумывать истории про случайных людей.

— Это мы и так делаем.

— Но сегодня — с драмой.

— Обязательно с драмой?

— Конечно.

Я покачала головой.

— Ещё.

— Ладно, — она наклонилась ближе. — Мы можем устроить “ночь плохих решений”.

— Это звучит опасно.

— Именно.

— Что входит в программу?

— Например, заказать еду, которую мы не любим.

Я посмотрела на стол.

— Ты уже начала.

— Я готовилась.

Я не выдержала и улыбнулась.

Чуть-чуть.

— Ещё варианты?

— Конечно, — оживилась она. — Мы можем написать бывшим.

— Нет.

— Всем.

— Нет!

— Даже тем, про кого ты забыла.

— Лисса.

— Ладно-ладно, — она подняла руки. — снимаю этот пункт.

Пауза.

Я смотрю на неё, на этот хаос на столе, и понимаю, что мне… чуть легче.

— А если серьёзно? — тихо спрашиваю я.

Она сразу меняется.

Не резко.

Но заметно.

— Тогда давай думать, что делать дальше.

Я киваю.

— Давай.

Она на секунду задумывается.

И… её глаза загораются.

— Отлично. План “жизнь после катастрофы”.

— Уже боюсь.

— Вариант первый: ты уезжаешь в монастырь.

Я моргаю.

— Что?

— Тишина. Спокойствие. Никто не трогает. Максимум — ты и свечи.

— Я не выгляжу как человек, который выдержит монастырь.

— Справедливо. Тогда вариант второй: ты заводишь блог.

— О чём?

— “Как меня обвинили в шпионаже, и я выжила”.

Я смотрю на неё.

— Это слишком.

— Это будет хит.

— Я не хочу быть хитом.

— Поздно.

Я вздыхаю.

— Дальше.

— Ты идёшь в актрисы.

— …

— У тебя уже есть драматичный бэкграунд.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Я верю в тебя.

Я закатываю глаза.

— Ещё.

— Открываешь свою компанию.

Я смотрю внимательнее.

— Уже интереснее.

Она наклоняется ближе, почти шёпотом:

— И через пару лет… поглощаешь нашу компанию.

Я не выдерживаю, смеюсь по-настоящему. Впервые за день.

— Это звучит как злодейский план.

— Это и есть злодейский план, — гордо говорит она. — Я уже вижу заголовки.

— “Она вернулась”.

— “И теперь она ваша начальница”.

Мы обе смеёмся, и это… неожиданно легко.

Я выдыхаю.

— Мне нравится этот вариант.

— Я знала.

Пауза.

Лисса становится чуть тише.

— А если без шуток, — говорит она, — мы разберёмся.

— Я знаю.

И в этот раз это звучит по-настоящему. Я беру со стола первую попавшуюся упаковку.

— Если это снова те странные чипсы…

— Они прекрасны.

Я пробую.

Морщусь.

— Это преступление.

— Ты уже ешь вторую.

Я смотрю на чипс в руке.

И… съедаю.

— У меня был тяжёлый день.

— У тебя теперь есть я, — спокойно говорит она.