Ирина

Я слышала, что измена сильно ранит, но никакие слова не могут описать степень той боли, что я сейчас испытываю. Если бы предательству можно было присвоить цвет, я бы наделила его кроваво-черным оттенком. Внутри меня бурлит коктейль из разочарования, боли, непонимания, обиды. Кровавое нутро кричит: «Почему?! Почему он так поступил?!»

«Сколько лет я жила во лжи? - подняв голову к серому небу, спрашиваю я, будто могу получить ответ сверху. - Я придумала для себя счастливую сказку, нарисовала в своем воображении принца… Все оказалось ложью… Все!»

Предательство - смертельный яд, который впивается в самое бесценное, что есть у человека - в его душу. Травит ее и разрушает. Я не помню, сколько времени стояла у холодной стены, не замечая, что с неба вновь начали срываться капли дождя. Смешиваясь с моими слезами, они безжалостно впитывались в одежду. Я вся промокла до нитки. Волосы висели патлами и липли к лицу и шее.

«Замшевые туфли можно выкидывать…» - без тени жалости думаю я.

Проходящие мимо прохожие посматривают на меня с любопытством, я считываю на их лицах осуждение, пренебрежение, непонимание. Ловлю редкие подозрительные взгляды, наверное, я напоминаю им сумасшедшую. Себя я со стороны не вижу, но смутно представляю, как сейчас выгляжу. Удивительно, но никто не проявил ко мне сострадания, никто не подошел, не спросил, все ли у меня в порядке? Может, мне нужна помощь? Люди стали холодными и безучастными к чужой боли, человечество перестает быть эмпатичным.

Умываясь слезами, лезу в сумочку за телефоном. Мой организм отключил все чувства, наверное, чтобы я не сошла с ума. Ощущаю себя привидением, имеющим тело: оболочка осталась, а все нутро выжгла боль.

Дожидаясь такси, я стою на краю бордюра. Голос в голове подталкивает сделать шаг. «Всего один шаг - и можно избавиться от боли», - хотелось уступить, поддаться. В чувство привел громкий сигнал клаксона. Это оказался водитель вызванного мною такси.

- Вызовите другую машину. Я вас не возьму, вы мне намочите сиденье, - отказывается брать меня водитель. Я не расстроилась. Нет так нет. У меня нет сил спорить, просить, чувствовать.

Видимо, его насторожило мое безразличие, он не спешит уезжать, хотя я отошла от машины и, не обращая внимания на дождь, прислонилась обратно к стене. Водитель выходит, что-то ворча под нос, лезет в багажник. Я на него не смотрю, но через минуту он сам обращается ко мне.

- Садитесь, я отвезу вас, - указав на переднее пассажирское сиденье, которое он предусмотрительно застелил пледом. - Я включу печку, чтобы вы согрелись, - сообщает он, регулируя направление теплого воздуха.

«Зачем мне печка? Я не ощущаю холода», - думаю я, но все равно благодарю. Едем мы в тишине, водитель такси всю дорогу бросает на меня сочувственные взгляды, но заговорить не решается.

- Я бы посоветовал вам принять горячую ванну и выпить антигриппин, а то заболеете, - чужая забота не трогает, но я все равно благодарю и даже не беру протянутую им сдачу.

Добравшись до квартиры, скидываю на пороге мокрую одежду и обувь и иду в душ, двигаясь на автомате. Долго стою под теплыми струями. Горячая вода растопила замороженные чувства, я вновь разревелась. В голос, крича от боли и ненависти. Когда слез не осталось, а голос охрип, одеваюсь, убираю за собой лужу на пороге, выкидываю в мусор новые туфли, которые мне подарил муж.

Сев на диван, кутаюсь в тонкий плед. Наткнувшись взглядом на совместные фотографии, что висят в рамках на стене, я поднимаюсь и скидываю их на пол. Разбитые осколки усеивают пол, рамки раскололись, снимки испортись. Нас больше нет…

Нет семьи, нет больше нашего гнездышка, которое я старалась наполнить теплом и уютом. Не жалея о своем поступке, я возвращаюсь на диван. Где-то в коридоре разрывается телефон, раздражая яркой, позитивной мелодией. Звонит муж, наверное, хочет сообщить, что освободился и едет домой, что очень устал и мечтает, чтобы я его вкусно накормила…

Грустно улыбнувшись, стираю с лица покатившиеся слезы. Любовницу он водит в дорогие рестораны, а вечером возвращается ко мне, нахваливая мои блюда и говоря, что ему со мной очень повезло.

Конечно, повезло! Нашел дуру, которая верила каждому его слову! Интересно, как давно он меня обманывает? Судя по тому, что у его любовницы заметно выпирает живот, как минимум полгода они общаются очень тесно! Перед глазами теперь постоянно стоит картина, как он обнимает другую, улыбается, целует…