Стоило им выйти в дверь, как за спиной замаячила фигура капитана Фламбери. Мужчина тоже был переодет в светское, но на поясе висел меч — неизменный спутник телохранителя.

Перед парой выскочил мальчишка-служка лет двенадцати и, низко поклонившись, предложил сопроводить гостей в обеденный зал.

Их уже ждали. Людей в зале собралось много — человек двадцать. Все стояли вокруг обильно накрытого стола и ждали важных гостей, переговариваясь между собой. Здесь были те, кто встречал их во дворе замка, двое воинов из числа сопровождавших Гренстонов и новые лица.

Лиссандра сразу заметила возле лорда Морвиля юношу, похожего на него, как две капли воды. Такой же шатен с широкими скулами и упрямой челюстью, шоколадными глазами и открытой улыбкой. Молодой парень лет семнадцати держался с достоинством, стоя по правую руку от отца. Дочерей лорда в зале не было. Лиссандра вообще оказалась единственной женщиной за столом.

Лорд Морвиль по традиции уступил сюзерену своё место во главе стола.

Герцог же прежде помог сесть за стол супруге слева от него, а потом устроился сам. И только после этого присутствующие стали рассаживаться за столом.

Лиссандра с любопытством рассматривала вайтэрдцев. В основном, все они были темноволосыми, крупными, с грубыми чертами лица. Как вассалы герцога Гренстона, все носили на одежде элементы с цветами его герба — красным, белым, чёрным.

Мужские голоса басовито переливались под сводами каменного зала, украшенного охотничьими трофеями, оружием и стягами — лордским, герцога Гренстона и короля Вульфрика, тем самым выказывая уважение всем ветвям власти и своему роду. Собственный герб Морвиля был очень занимателен. Лиссандра с интересом стала присматриваться к деталям: три колоса на фоне двух перекрещенных мечей, над которыми, расправив крылья, парил грифон.

При виде этого мифического существа Лиссандра крупно вздрогнула, вспоминая легенду Ареи, и задумчиво посмотрела на лорда Морвиля. Четыре рода, ведущих историю от древних существ, сошлись во времени, связанные братскими, супружескими и вассальскими отношениями.

Тем временем Эрик высоко поднял бокал. За столом в тот же миг воцарила тишина. Мужчины выравняли спины, словно на плацу перед командиром, и замерли в ожидании речи сюзерена.

— Лорд Морвиль, лорды, — герцог коротко склонил голову и продолжил: — Я рад, что первым на пути в Стоунберг домом, который оказал гостеприимство, стал замок рода Морвилей. Вы первыми можете разделить со мной радость победы, в этот раз бескровной, и радость от обретения супруги, старшей дочери короля Аугусто Наурийского. Миледи, которая принесёт моему роду продолжение, — на этих словах Эрик обернулся к Лиссандре и накрыл рукой её кисть, лежащую на столе. Крепко пожал и не отпустил до конца тоста. — Надеюсь, что Единый нас благословит и в этом, как он уже благословил короля Вульфрика! Поднимем бокалы за нашего короля и будущую королеву Вайтэрда, которая сейчас несёт в себе дитя!

Присутствующие загомонили разом, поздравляя друг друга так, словно это их семьи осчастливил Единый.

От Лиссандры не требовалось никаких речей. Достаточно было её присутствия. Мужчины глазели на герцогиню бесцеремонно. Рассматривать представительницу другого королевства было интересно всем. Чем она так отличается от собственных женщин, что и король и герцог — первые люди королевства — решили взять себе в жены чужачек?

— Желаю королю Вульфрику долголетия! — откликнулся лорд Морвиль, опрокидывая бокал с вином. — И всему его роду процветания!

Лисса тоже пригубила кубок, отмечая насыщенный вкус вишнёво-медовой настойки. По крепости она была слабой, но по сладости — во рту всё слипалось. Герцогиня покосилась на пьющих мужчин и уверилась, что ей налили не то же самое. Выпив, мужчины тут же тянулись закусить.

Лиссандра оббежала взглядом накрытый стол, со вздохом отмечая, что опять всё было завалено мясными блюдами и в основном жареными. Ей жутко наскучила однообразная мясная пища в дороге. От такого питания уже тянуло неприятной тяжестью в желудке. Хотелось чего-нибудь жидкого, лёгкого, растительного. Да она была бы рада даже отварной морковке, которую жуть как не любила в Ордене.

Тосты лились один за другим. Позже пили и за их пару, желая скорее укрепить семью рождением ребёнка. Потом за воинов, павших в боях, за живых и вернувшихся. За урожай, который скоро станут собирать. И за зиму не лютую. И чтобы твари из Потумирья все издохли. Рассказывали, что в лесу охотники следы видели странные.