— И я люблю тебя, Эрик, всем сердцем, — впервые Лисса назвала своего супруга вслух по имени. — Мой Красный Страж!

В коридоре послышался топот ног, обутых в тяжёлые сапоги. Герцог задвинул супругу за спину, скрывая её от чужых взглядов.

— Милорд! — перед Эриком возник грифон. Герцог с интересом рассматривал друга. У того вместо части волос на голове всё ещё топорщились перья после оборота во время боя. На Артуре были только штаны, поспешно надетые задом наперёд. Это почему-то особенно рассмешило герцога.

— Капитан, почему одеты не по форме?

Фламбери дико вытаращился на герцога, а потом хмыкнул так, со значением, и иронично выгнул белую бровь.

— Кто бы говорил. У меня хоть зад прикрыт.

За Артуром подоспели другие воины. У первого же стражника, у которого нашёлся плащ, его отобрали. Герцог закрутил супругу в ткань и понёс её на руках в купальни, чтобы смыть кровь.

Лиссандра тесно прижималась к Эрику, пряча лицо на его груди, и дрожала мелкой противной дрожью. Только сейчас наступило понимание, что всё могло закончиться иначе, трагедией. 

Ведь не для всех наступит рассвет завтрашнего дня. Многие из воинов полегли, защищая крепость и мир Ареи от жутких монстров.

«Спасибо за жизнь» — обратилась Лисса к тому, кто всё видит, слышит и направляет.

Дракон на запястье ожил, крутанулся вокруг и снова застыл, так и не выпустив хвост из пасти. Круг жизни-смерти-возрождения замкнулся.

Красный Страж нашёл себя, явил миру и службу свою будет нести исправно. А храбрый феникс всегда будет рядом, служа тем маячком, следуя за которым, дракон всегда найдёт верный путь.

— Тётя Лисса, вот объясни, почему Страж красный? Не синий, не зелёный, не лиловый!

Лиссандра лежала на первой зелёной траве и жмурилась, рассматривая чистое голубое небо через кружево листвы. Рядом завозился разговорчивый ребёнок, требуя немедленного ответа. Маленькая ручка упёрлась в бок, и Лиссандра повернулась к белокурой девчушке с синими глазами.

— Нейдри, а почему не красный? — спросила Лисса у трёхлетней дочери Веданы. Девочка развивалась быстрее сверстников, не способных оборачиваться. Тётушка же недавно уехала из замка к Альгии на роды, оставив малышку с отцом и на попечении Лиссандры. — У Стража стихия огня. Огонь красный, пекучий, обжигающий.

— Ничего подобного! Я видела, как милорд использует стихию во время тренировок. Пламя у него жёлтое, почти белое.

— Спроси у милорда сама. Интересно, что он думает на этот счёт.

— Ты неправильно отвечаешь! Он красный, потому что у него чешуя красная! Мне папа сказал.

— Если знаешь, то почему спрашиваешь?

— А поговорить? — хитро прищурившись, девчонка рассмеялась. Лиссандра не удержалась от ответной улыбки.

Герцогиня села, осмотрелась по сторонам, выискивая взглядом Вила. Мальчик подрос за последние три года, вытянулся и, похоже, снова нуждался в новой одежде. Эта уже была коротка. За это годы Вил стал для неё не только учеником, но и членом семьи. Хоть Лиссандра и не открыла Эрику правду, что Вил его кузен. Это не её тайна. Портить жизнь ребёнку девушка не хотела. У королевских бастардов больше шансов не проснуться однажды утром, только потому, что в них видят угрозу те, что находятся при власти. Примеров в истории Ареи было предостаточно. А так мальчик рос, ни в чём не нуждаясь, получая тепло от наставницы и мужскую поддержку от герцога, который уделял маленькому целителю достаточно внимания.  

— Вил, хватит! Мы и так собрали две охапки трав. Пора возвращаться домой.

Лиссандра поднялась на ноги, отряхнула платье и помогла девочке. Троица вышла к лошадям. Вил закрепил свежий сбор, связав его в вязанку и помог усадить девочку в седло. Лисса взлетела на Карамельку сама. Тронула повод лошади, и маленький отряд потрусил шагом по тропе на тракт.