Вода в бадье уже успела остыть, и Стефа квохтала рядом, намыливая жасминовым мылом тонкие плечи принцессы.

— Совсем вы обхудали, Ваша Светлость. Вам ещё ребёночка рожать супругу, — от подобной болтовни у Лиссандры заломило в висках. Представив, что ей придётся принимать супруга у себя после его любовницы, герцогиня яростно стукнула ладонью по водной глади, расплёскивая вокруг себя сотни брызг.

— Хватит, Стефа. Я знаю свои обязательства. Ничего я не худая. Грудь, бёдра, всё на месте. А больше ничего и не нужно.

— А филей! Мужчины любят, когда у женщины…

— О, Единый! Прекрати, мисти Стефания! — Лиссандра покрылась румянцем. Осталось только обсуждать с кормилицей, что любят мужчины!

— Вы, миледи, неискушённая в постельных делах. Раньше вы были невинны, а теперь супружница, и я могу вас научить, чем привлечь мужчину. Кто ж вам ещё подскажет! Мужчина, он же ласку любит, и в то же время он охотник. Доступная дичь быстро надоедает. С азартом гонятся за той, что изловить сложно. Но тут главное не перемариновать. Если огурцы передержать, то они не крепкими и хрустящими становятся, а мягкими.

— Ты уж определись, — рассмеялась Лиссандра, — охотник или повар!

— Охотник и дегустатор! — важно выдала пожилая женщина.

За разговорами Лиссандра вымылась и быстро вылезла из бадьи, тут же оказываясь укутанной в мягкую ткань. Высушившись, она быстро переоделась в платье, в котором была в гостях в замке у Морвилей, и поспешила в обеденный зал.

***

— Вы соизволили почтить нас своим присутствием, — холодно приветствовал супругу герцог Гренстон. Мужчина даже не встал из-за стола, чтобы придвинуть стул Лиссе, и та была вынуждена какое-то время стоять, пока кто-то из слуг сообразил поухаживать за герцогиней вместо хозяина.

Лиссандра чувствовала его дурное настроение, но и её не отличалось весёлостью. Хотелось язвить.

— Простите, милорд, я потерялась…

— В замке? Вы же были с моим дядюшкой! — невинно хлопая глазами и нарушая все возможные правила этикета, вклинилась в разговор баронесса Бейли. В этот раз она сидела рядом с капитаном Фламбери. В ближайшем окружении герцога.

— Во времени, — продолжила мысль Лиссандра. — Научитесь сдерживать себя и не перебивать меня, когда я говорю, леди Бейли.

Девица недовольно хмыкнула и стрельнула взглядом в герцога, но тот промолчал, недовольно разглядывая Лиссандру. 

Стул наконец-то придвинули и герцогиня элегантно опустилась на него, чувствуя облегчение. Стоять у всех на виду было неприятно.

— Почему вы не явились на завтрак? — прищурившись, герцог окинул Лисси уничижительным взглядом.

— По той же причине, милорд. Постараюсь более такого не допускать. Наш замок оказался полон сюрпризов. Хотелось увидеть как много больше, — спокойно ответила девушка и потянулась к ближайшему блюду. — Если случится так, что я не смогу присутствовать, то буду присылать посыльного.

Жаркое выглядело аппетитно. На круглом блюде растрёпанной горкой лежала разваренная душистая гречневая каша. Лисса с удовольствием попробовала и то, и другое, запивая этот нехитрый обед ягодным киселем. Выбор на самом деле был. Здесь присутствовали молочные блюда, запечённая на углях рыба, тушенные в сметане грибы, бобы в красном соусе. Каждый за столом ел то, что пожелает.

— Не переусердствуйте, миледи, — заметил герцог. — Вам спешить некуда. Растяните удовольствие от знакомства со Стоунбергом.

— Как скажете, дорогой супруг, — Лиссандра старалась не смотреть в сторону баронессы, но взгляд то и дело падал на её шею, выискивая то пятно, которое Клотильда скрывала за локонами. Вдруг показалось?

— После обеда поднимитесь в мой кабинет, — к концу обеда герцог обратил внимание на сидящую рядом супругу. Лиссандра уже насытилась и теперь просто держала в руках сдобный рогалик и, не спеша, отщипывала от него по маленькому кусочку, ожидая окончания обеда и присматриваясь к женщинам за столом.

В Стоунберге, как и в её родном замке, было принято трапезничать сообща, за общим столом. В собственных комнатах ели в исключительных случаях — при болезни или после родов.

Герцог выждал время, чтобы присутствующие успели поесть. Ведь вместе с тем, как хозяева встанут из-за стола, обед завершится. Это правило касалось любого приёма пищи. Во время трапезы гости не могли встать и уйти, если это не было оправдано. Таким исключением могло быть нападение неприятеля или пожар, к примеру.