Гадкое чувство неправильности грызло изнутри. Он запутался. И снова стал прокручивать в мыслях последние три года, стараясь вспомнить детали, понять, почему так завяз в отношениях с баронессой. Ведь знал, что встать на красную дорожку вместе с ней не сможет, но продолжал удерживать её подле себя, потому что только в ней был смысл. Хотелось вывернуться наизнанку рядом с нежной, кроткой, любимой женщиной. Несмотря на все резкие высказывания брата в адрес Клотильды, она продолжала оставаться единственной до последнего момента.

А что изменилось сейчас? Почему оттолкнул, несмотря на бередящий душу взгляд, на дразнящие прикосновения, такие знакомые? Да раньше бы не устоял, сжал бы в крепких объятиях прямо там, в коридоре! И целовал бы так, что Клотильда поплыла бы в умелых руках! А потом подхватил бы на руки и утащил бы в спальню, как легендарный дракон своё сокровище.

— Почему? — иронично сам у себя вслух спросил Эрик и хмыкнул, отвечая: — Потому что не выношу обман… или потому что Рыжее Чудо пробралось в мысли и засело занозой?

—

Бас-данс, каскарда, павана — реальные танцы средневековья.

Лиссандра проснулась рано, до рассвета.

Вздрогнула во сне, взмывая ввысь к солнцу, спрятанному в тени луны. Внизу оставался каменный двор замка, полный рыцарей, сражающихся с непонятными существами. Большие чёрные твари с горящими призрачным красным светом глазами. Не люди. Не звери. Что-то среднее между двумя формами. Лиссандра взмахнула тяжёлыми крыльями, до боли в суставах стараясь удержаться в воздухе и с высоты птичьего полета найти герцога среди кишащей массы. Ледяной порыв ветра с Призрачного пика больно ударил в грудь так, что Лиссандра забарахталась, кувыркнулась назад и неуправляемо кубарем полетела вниз, с размаху ударяясь о мощёный внутренний двор. От удара из лёгких выбило весь воздух так, что и не закричать.

— Ха, — резко выдохнула герцогиня и села в постели, одной рукой сжимая на груди рубашку, а второй стараясь сбросить с себя одеяло, в котором она запуталась ночью. — Это сон. Всего лишь сон.

Постепенно Лисса успокоилась, вытерла испарину со лба и сползла с высокой кровати. Слишком мягкая перина раздражала, одеяло хоть и было лёгким, но для этого времени года оказалось жарким. Жутко не хватало купальни. Быть зависимой от того, что слуги приносят воду для принятия ванны, девушке не нравилось.

— За что же хвататься-то в первую очередь? — в голове кружилось множество идей, и все важные и требующие немедленной реализации.

Лиссандра прошлась по комнате, чтобы окончательно успокоиться. То ли место так на неё действовало, то ли ожившая в её памяти после разговора с Веданой легенда не давала покоя. Но не к добру подобные сны.

Лиссандра встряхнула копной волос, словно это могло помочь разложить мысли по полочкам, и подошла к окну. Ночная темнота уже отступила, и в предрассветном небе стали проступать яркие краски.

— Как же я забыла! — Лиссандра уставилась на побледневший почти полный диск луны. — Со всеми этими переживаниями чуть не пропустила полнолуние! — она подсчитала мысленно даты и с облегчением вздохнула. — Послезавтра пойду в лес, иначе до следующего полнолуния придётся ждать, а это плохо. Чем раньше лес примет меня, тем быстрее подружимся.

Лиссандра легко рассмеялась, и вместе с этой радостью безвозвратно ушёл  прочь страшный сон.

Девушка умылась в миске с водой, предупредительно оставленной горничной с вечера, и надела изумрудное платье со шнуровкой по бокам. Волосы она заплела в косу и закрепила улиткой на затылке, сверху украсив золотистой сеткой. Из украшений оставила только герцогский венец и печатку. Мягкие кожаные коричневые туфли  на небольшом каблучке завершили наряд. 

Порывшись немного в вещах, Лисса нашла поясную сумку-карман и сложила туда книжечку для записей, которую вела в дороге, и пару грифельных карандашей.  Ключ от сокровищницы на толстеньком кольце тоже нашёл там своё место.

Лиссандра сверилась с часами. До назначенной встречи с управляющим и мастером Вигором в запасе был час. Но раз уж собралась, то чего зря время терять! Девушка стремительно вышла из комнаты в коридор и сбилась с шага, оглядываясь в сторону дверей покоев супруга. В такую рань на хозяйских и гостевых этажах было так тихо, что любой шорох казался громом. Затаив дыхание, Лисса на цыпочках приблизилась к дверям спальни супруга и прислушалась. К сожалению, кроме бешеного стука собственного сердца ничего другого она не услышала. Так хотелось заглянуть в покои супруга, чтобы убедиться, что он там один.