- Можно и так сказать, - Алексей достает маленький пульт из кармана. Нажимает несколько кнопочек и впереди нас зажигаются огни, освящая вымощенную красивой плиткой тропинку. По бокам растут кусты, стоят лавочки, а фонарей очень много.

- Красиво, - смотрю по сторонам. – И куда ведет тропинка?

- Увидите, - улыбается.

В который раз замечаю, насколько у него открытая улыбка, ясная, лишенная любой наигранности. Но это не всегда, в определенные моменты.

- Это вы все сделали? – обвожу рукой вокруг.

- Немного облагородил территорию.

Отмечаю, что все вроде бы просто, но сделано со вкусом, любовью, тут очень уютно, хочется гулять, и нервы успокаиваются. Шум деревьев действует расслабляюще.

- О чем вы с Шиловым говорили? – перехожу к делам насущным.

Хоть и не хочется затрагивать неприятные моменты. Но я должна понимать, на чем стою.

- У Леонида действительно есть лицензии на некоторые ваши разработки.

- На те, которые я так и не доработала?

- Да. Ваш сын отдал их другим людям. Они как бы довели их до конца. Запатентовали и подписали с Леонидом контракты. Поэтому он убеждал Шилова, что в его руках ключи к сокровищам.

- Он мог их украсть только когда в лаборатории произошел взрыв, - закусываю нижнюю губу.

Очередная правда о сыне больно режет. Я стараюсь держаться, но увидеть истинное лицо ребенка для матери – это открытая рана, которая вряд ли когда-то затянется.

- Взрыв… там реально не чисто. Я пробью больше. Обещаю, - смотрит на меня и в глазах участие, не жалость нет… а именно нечто человеческое, теплое, от чего мне легче становится.

- Если Леня устроил утечку, чтобы завладеть разработками и потом их доработать… Сомневаюсь, что их грамотно до ума довели. Он сам себе этим приговор подпишет.

- Он уже стал мухлевать с сырьем. Вместо качественных компонентов закупил дешевые подделки. Вы можете догадаться, какие партии товара пошли в продажу.

- Ратмир сказал, что быстро сможет отозвать лицензии. Но… мне людей жалко. Там же если нарушить рецептуру, последствия могут быть, - качаю головой. – Это чтобы сэкономить?

- Еще он постарается вас очернить в медиа. Выставить шарлатанкой.

Тяжело сглатываю горький ком. Пару дней назад, я бы плюнула в лицо тому, кто подобное скажет о моем сыне. Я знала, что Леня с характером, но даже не предполагала, на какие мерзости он способен.

- Свет, - берет меня за руку, заглядывает в глаза. – Мы же просчитываем его ходы наперед, значит сможем противостоять.

- А вы всегда все просчитываете?

- Стараюсь, - пожимает плечами. Увлекает меня дальше по тропинке.

Выводит к маленькому озеру. Оно тоже освящено фонарями. Стоят резные беседки. Красивая ограда. На озере плавают два лебедя. А посредине у них большой и красивый домик. Все выглядит так живописно, что я на несколько минут даже забываю про проблемы. Любуюсь.

Тут именно нет пафоса, так любимого Тимуром шика, есть особенная простота, и в ней и кроется великолепие. Потому что от души сделано.

Тайсон носится вокруг озера.

- Красивый домик, - подхожу ближе, чтобы лучше рассмотреть.

Лебеди тоже подплывают ближе.

Алексей подходит к одной из беседок, и возвращается ко мне с мешком булочек.

- Это я когда время было сам попытался смастерить. Хотел продумать все так, чтобы им уютно было. Покупные мне не нравились. Можно было на заказ… но самому захотелось, - кидает угощение лебедям и мне мешочек протягивает.

Тоже крошу для них булочку. Они подплывают без опасений.

- Кардинал, который мастерит домики для лебедей? – кошусь на Алексея.

- Это старое прозвище, и кстати, авторства Ратмира. Он раз ляпнул, все и подхватили, еще когда я в органах работал.

- Так вы в органах работали? Я думала, вы до сих пор там. Слишком уж вы уверенно приказы раздавали.

- Не, - машет рукой. – Давно ушел. Я же вам говорил, пенсионер я. В нашу доблестную полицию я пошел, после того как моряком быть перестал. Жена предала, ребенок на руках, в душе… в общем решил я бороться с преступностью.

- И стали там Кардиналом?

- Неа, только подполковником, - свет фонарей в его глазах отражается, и они серебром переливаются.

- Что-то мне кажется, не все так просто с вами, Алексей, - пытливо всматриваюсь в его глаза. – Выкладывайте все.

- Допрос? – хитро щурится.