Пока Тимур на балконе был, начальник охраны с парнями уже в квартиру пришли. Стали вычищать сброд.

Андрей бросил на него такой красноречивый взгляд, что Тимур красными пятнами пошел. Никогда не думал, что в полтинник придется краснеть. И перед кем, перед своими же работниками.

Арина… чтоб ее!

- Ты что творишь, придурок! Мы тусим не мешай! – она виснет на руке начальника охраны.

- Арина Витальевна, вам отдохнуть надо, - Андрей говорит спокойно, но этот взгляд… снова осуждение, удивление, презрение…

И не может за него винить Тимур. Ведь сам понимает, как все выглядит.

Он хочет ее оттянуть. Реально, надо запереть ее в комнате, пусть проспится.

Но тут Арина вонзает зубы в руку охранника. Мотает головой, мычит. Словно обезумевшая.

Не сразу удается ее отцепить. И рана на руке Андрея сильно кровоточит.

- Я все компенсирую, - бубнит Тимур, не глядя безопаснику в глаза.

- Ты хоть знаешь, кто я такая! Как ты вообще смеешь ко мне прикасаться! – орет Арина.

Она не унимается. Даже когда они затягивают ее в комнату и запирают там. Она начинает неистово кричать и все там громить.

Еще не хватало, чтобы соседи полицию вызвали!

Приходится ее открыть. И пытаться как-то заболтать. Но Арина уже в состоянии невменяемой истерики.

Тимур сгорает от стыда перед Андреем, но и без него ему не справится с разбушевавшейся бабой. Хотя так и хочется зарядить ей в челюсть, чтобы вырубилась и заткнулась.

- Что за треш? – на пороге возникает Леонид. Смотрит с пренебрежением на обстановку.

- Сын! – Тимур вздыхает. – Как видишь… это она все устроила.

Леня решительно приближается к Арине. Берет ее двумя пальцами за подбородок.

- Мне в глаза смотри, - говорит жестко, и при этом тихо.

- Лень… они… они все испортили… они меня били…

- Угомонилась. Заткнулась.

- Но…

- Арина, я второй раз предупреждать не буду.

Тимур замечает, что от слов сына в ее затуманенных глазах появляются проблески сознания.

- Я просто хотела отметить… - всхлипывает.

- Где ребенок, Арина?

- Гуляет, - вытирает нос рукавом.

- С кем гуляет?

- Я не знаю… я не помнююю… что ты пристал… - медленно от него пятится.

Падает на постель и заливается слезами.

- Она бесполезна, - изрекает Леонид.

- Это я и сам понял. Только вопрос остается, где ребенок!

- Найдем. Я тоже людей подключил, - уверенность сына придает сил и Тимуру.

Леня подходит к Арине. Дергает ее за волосы, заставляет посмотреть на себя.

- Ты еще за это ответишь. А сейчас, если я услышу писк из твоего поганого рта, ты очень сильно пожалеешь. Уяснила.

Она молчит.

Леня дергает ее сильнее.

- Уяснила?

- Дааа. Отстань! – отползает от него на другой конец кровати.

Кровать… некогда она была кроватью, с ортопедическим матрасом, дизайнерским бельем, сейчас же посредине огромное, уродливое пятно, белье разорвано, валяется какой-то мусор.

Тимур даже думать не хочет, кто и что делал тут. Надо будет ее выбросить. Все тут надо выкинуть. И все заново.

После увиденного, он не сможет ни к чему в этой квартире прикоснуться.

И наверняка, этот сброд еще многое утащил. Но об этом потом. Не это сейчас главное.

Они с Леонидом отправляются на балкон. Пока это единственное более-менее спокойное место в квартире.

- Говоришь, она Бульдозера подключила, - Леня водит пальцем по стеклу, словно пишет некое слово.

- Да, он хочет отозвать лицензии. И как ты понимаешь, может это сделать. Я вообще ума не приложу, как она смогла с ним договориться, чем взяла.

- Бульдозер хочет патенты. Другого объяснения не вижу. Кому наша старушка сдалась, - Леня криво ухмыляется. – Ну что, это даже интересно, потягаемся с ним.

- Ты знаешь как? Есть план?