Чтоб не выдать своего состояния, я сжал челюсти так, что зубы скрипнули. Все это выглядело просто тупой балаганной комедией, но больше никаких мыслей не приходило. Бредовей была только версия, что Элина сама написала родственникам, чтобы получить на семью деньги за отступную. Они забирают иск, а я выплачиваю кругленькую сумму. Вернее, с точки зрения холодной логики, она была самой разумной. Но весь организм, каждой клеточкой, вопил, что это не так.

В душе была сейчас такая помойка, что я боялся сорваться и тряхнуть за грудки родственничков. Осталось совсем чуть-чуть, и клубок начнет разматываться, уговаривал я себя. Еще немного.

Чем ближе подъезжали к дому, тем сильней колотилось сердце. Я, конечно, был уверен, что Эркейн уже все сделал, как надо. Но предчувствие существует независимо от логики.

Я настолько увяз в своих размышлениях, что едва не вздрогнул, когда лысый задал вопрос, ответ на который и так знал – мы подъехали к моему дому.

– Ваш дом? – деловито спросил он.

– Наш, – цежу сквозь зубы и чувствую, что сейчас сердце в горле придется ловить.

– Выходите, – получаю милостивое разрешение и понимаю, что сейчас маленькая передышка, прежде чем все разрешится, мне бы не помешала. На душе было тревожно. Не ждет ли сюрприз меня в собственном доме?

Шагнув на порог, я уже немного выдохнул. Дверь закрыта. Открываю. Вот сейчас попытается свалить меня с ног Гард, за ним выскочит Элина и меня увезут…Но гораздо страшней было подумать, что станется с этой хрупкой девочкой. И я ничем не смогу ей помочь.

Секунда. Другая. Третья… Никого!

– Осмотрите все помещения! – снова раздается противный голос, а я почти облегченно выдыхаю. Спасибо, Эркейн! Единственное – забрали ли они вещи? Сердце стучит, как колеса экипажа по булыжной мостовой. Еще немного.

Ожидание скрашивается инцидентом. Свиная тушка в девичьем платье, не найдя беглянки, подскакивает ко мне и пытается схватить меня за грудки.

– Подлец, куда ты ее дел? Я этого так не оставлю! – срываясь на фальцет, визжит она. И мне ничего не остается, как нейтрализовать ее. Увы, без помощи магии. Скручиваю руки и как куль, швыряю на диван.

– Эй, ты! – обращаюсь к ее сожителю. – Ее ж без поводка нельзя выпускать!

– Да что ты себе позволяешь? – недоразумение в розовом пытается вскочить с дивана, но я жестко усаживаю ее назад и припечатываю взглядом.

– Слушай сюда. Что-то мне подсказывает, что мы еще встретимся. Поэтому в твоих интересах этого избежать.

Моих любимцев нет, значит, Эркейн успел увезти их. Я облегченно выдохнул.

Паршиво, когда о человеке подумал плохо. Особенно о том, кто в твоём ближнем круге. И тут же мое облегчение схлопнулось, как пузырь от дождя на воде. Если не Эркейн, то кто сделал эту подлость? Мне показалось, что от напряжения мои могли начали отплясывать какой-то непристойный танец.

Смотреть на эти физиономии стало ещё противней, и я решил выйти. Нужно выдохнуть и домыслить.

– Господа, если у вас ко мне все, я вас покину. А вы не стесняйтесь, в подвале посмотрите. Там же обычно прячут пленников. Или кого вы имели в виду, когда оригинально сформулировали «Удержание и укрывательство?»

И только я вышел на улицу, как мои умозаключения опять встали с ног на уши. Противный холодок буквально взъерошил затылок. Если до этого было хоть какое-то представление о происходящем, то сейчас я просто не верил своим глазам. Даже выразить свои эмоции, как делают матросы, не было сил – к дому подъезжал Эркейн! Сердце сделало кульбит. Если он едет только сейчас, значит, Элина с Гардом не с ним. Неужели Зервуд? Но он не знал об Элине? Или уже узнал? Где они?

Эркейн отвлек от терзаний. Соскочив с коня, он кинулся ко мне.

– Прости, Ардан. Прости! Знаю, что подставил тебя. Но меня на выезде из города остановили постовые. Время тревожное. Вот и проверяют всех. А я по привычке, без бумаг. И главное, денег не брали. Пришлось скакать назад за бумагами. Чуть коня не загнал. – Он сокрушенно развел руками и с утрированной преданностью заглянул в глаза.

А у меня было такое мерзкое ощущение, будто я сожрал червяка без всяких приправ. Досмотреть комедию до конца?! Или сейчас врезать ему? Пока я думал, предатель решил, что ему удалось усмирить мои подозрения.

– Жалко Элину. Вроде славная девчушка казалась. А тут на тебе – бесноватая…

Ну если сдал Элину Эркейн, то эта фурия сейчас должна отреагировать на него. Посмотреть на такое стоит. Хотя тревога за Элину накатывала жаром, подпирала к горлу, мешая дышать, думать. Харрот меня дери! Что происходит?!

– Ты подлец! – подскочила разъяренная тетка Элины к Эркейну с намерением вцепиться ему в лицо. – Где она?!

Ее визг с потрохами выдал предателя. Тот попытался сделать вид, что видит ее впервые, но натолкнувшись на мой презрительный взгляд, опустил глаза. Только играющие желваки выдавали его бешенство.

– Уйди. Сама ты бесноватая! – огрызнулся он. – Идите отсюда…, – он не постеснялся использовать лексикон матросов. – Еще б дольше чесались!

Спутник тетки, осознавший, что они попали впросак, крепко взял ее за плечи и они зашагали прочь по направлению к городу. Понимали, что судейские, по их милости вляпавшиеся в неприятность, вряд ли захотят подвозить их . Ничего, прогуляются…