Оказавшись в кухне, сразу открываю холодильник и извлекаю из него всё, что там имеется. То одно предложу, то другое. Ещё и свежие блюда, приготовленные домработницей с утра имеются.

Отец просит не хлопотать так сильно и останавливает свой выбор на любимой пасте в сырном соусе с морепродуктами.

Расставляю всё на стол перед папой, а он посмеивается надо мной и говорит, что похожа на беспокойную мать, что хочет накормить дитя.

— Как же я рада видеть тебя! — сажусь тоже за стол, с удовольствием наблюдая, как он ест.

— Это я вижу, — улыбается.

— Тебя кормили вообще?

— Два раза в день в основном. Хотелось бы чаще, но и это лучше, чем ничего. Хотя, бывало, что и на третий раз что-то приносили.

— У тебя лицо похудело…

— Да не может быть! Ты просто под влиянием моих слов о двухразовом питании. Вот и видишь то, что хочешь видеть.

— Ну, конечно, я не хочу тебя исхудавшим видеть.

— Ничего… Откормлюсь теперь.

На пороге кухни появляется Игорь, и я не сдерживаю новой улыбки. Этот телохранитель стал мне другом, с которым хочется поделиться своей радостью. Мужчина отвечает мне короткой улыбкой и переключает своё внимание на папу:

— Степан, так понимаю?

Папа видит его впервые, и поэтому выглядит немного растерянно.

— Я. А вы… — поднимает вопросительно брови.

Игорь подходит ближе и присоединяется к нам за стол.

— Телохранитель Альбины, — протягивает руку для рукопожатия, и папа отвечает ему взаимностью.

— Смотрю, многое успело произойти, пока меня не было.

— Это точно… — невесело усмехаюсь. — Ты будешь удивлён, когда узнаешь обо всём, что успело произойти.

Например о том, что мы с Яном успели развестись и попасть в громкий скандал…

— Актёрская жизнь… — вздыхает папа. — Вы всегда меня удивляете!

— Говоря о произошедшем… Что произошло сегодня? — вмешивается в наш разговор Игорь, обращаясь к моему папе. — Тебя просто отпустили или ты сбежал?

— Меня «Метла» отпустил, а ему никто не перечил. Он просто открыл дверь в комнату, где меня всё это время держали, как в тюрьме, а потом провёл к выходу из дома. Так я оказался на улице, предоставленный сам себе.

— Что с Артуром? — озвучивает Игорь вопрос, что и у меня самой вертится в голове.

— Мне не известно. В моей комнате хорошая звукоизоляция, и мне вообще было не слышно, что происходит в доме. Даже стены обшиты специальными панелями, как я понял.

— Заставил ты поволноваться, конечно, — поглаживает бородку Игорь.

— Я тоже не на курорте был.

— Тебя никто не обвиняет, папа… — качаю головой.

— Нет, я не об этом, — отмахивается мой родитель. — Просто странно так вышло: отправился за границу сменить обстановку, а оказался захваченным какими-то бандитами и запертым в четырёх стенах. Помнишь, как вы с Яном говорили? Вы согласились, что мне лучше улететь в путешествие, чем сидеть и покрываться дома мхом тоски. А в итоге всё равно больше месяца провёл в замкнутом пространстве…

— Жаль, что так вышло… — отвечаю с грустью и сочувствием.

— Зато у меня было много времени подумать, а вот раскисать не получалось как раз. Как-то боязно было, всё время начеку — тут не до депрессии.

— А вот я раскисла, — признаюсь.

— Не надо. Всё ведь хорошо: я дома, Ян молодец у тебя.

— Ты хвалишь Яна? Не ты ли высказывал сомнения по поводу моего брака?

— Я знаю, что Руснаков имеет не маленькое значение в моём освобождении. Мне казалось, он простой смазливый актёришка, но он оказался настоящим мужчиной, готовым отстоять свою семью.

В моей голове возникает образ увиденной недавно фотографии, на которой Ян лежит в обнимку с блондиночкой.

А ведь фото прислала Ива. Разве можно вот так просто ей поверить? Но сколько я не увеличивала и не рассматривала фото, никак не могла найти признаков вмешательства фотошопа. А искала я их старательно, так как очень хочется убедиться в том, что слова Катерины фальшивы.

Сейчас же больше всего хочу расспрашивать папу, что я и делаю дальше. Он рассказывает о своих буднях в доме Артура, а я и Игорь с интересом слушаем его, задавая уточняющие вопросы.

К моему облегчению, оказывается, что никто папу особо не трогал, не бил, не издевался над ним. Он этим бандитам был не интересен.

Его просто держали в комнате, приносили ему еду… Больше всего меня удивило, что папе по его просьбе принесли пару книг, чтобы можно было хоть как-то убивать время.

А вечерами приходила Ива и включала видеотрансляцию со своего телефона, чтобы показать моего папу Яну, так как между ними была такая договорённость. Это было гарантией и доказательством для Руснакова о том, что и Катерина выполняет обязательства со своей стороны — оставляет своего пленника в живых, не трогает его.

А иногда видеосъёмку она просто поручала одному из шестёрок своего отца, если сама не могла прибыть.