Особняк Волкова имел два этажа, но высотой достигал почти восемь метров, будто домину построили не для оборотня, а для дракона, гуляющего из комнаты в комнату в своей звериной личине. Нет, драконов среди сверхов не существует. Я просто образно выразилась. Хотя в летописях упоминались ящеры, но их ещё до инквизиции перещёлкали… свои же. Слишком заметными были товарищи. Сверхи вообще, получается, порядочные сволочи. Чтобы спасти свои задницы, без зазрения совести в один миг готовы предоставить взволнованной общественности одного из своих. «Моя хата с краю» – прекрасный девиз для моего вида. А главное заслуженный.

Приглашённые гости бросали на меня любопытные взгляды, но я упорно игнорировала их интерес, запоминая лица. Эти сверхи были опасными. Таких нужно знать в лицо и избегать в будущем. Что касательно их взаимного внимания, у меня на цепочке болтался самый мощный отвод глаз, который только можно создать. Агата передала мне обычную с виду стекляшку через Сашу вместе с гримуаром и извинениями. Даже матёрый альфа начнёт забывать моё лицо через пару недель, считая от последней встречи. Только дети и родители являются исключением от этого отвода, так что за память Жени я спокойна. А у Саши вся спальня заставлена моими фотографиями.

Как только на улице загорелись фонари, а ряды гостей заметно поредели, я сползла с подоконника и приступила к плану действий.

Открыв дверь, сразу наткнулась на двух оборотней.

Но я не удивилась. Их присутствие не было для меня неожиданностью. Я запах волков даже через дверь чувствовала. Да и под каждым окном спальни альфы так же стояло по оборотню. Никита не мелочился. Наверное, решил подстраховаться на случай, если его угрозы не возымеют на меня действие.

«Выросло из волчонка тиранище…» – в районе солнечного сплетения сладко ёкнуло.

Стиснув челюсти, процедила:

– Тут вообще кормят? Или мне спать ложиться голодной? Так-то я не пленница.

Один из оборотней усмехнулся, видимо готовясь поспорить на этот счёт, но дверь соседней комнаты открылась, и волчара решил оставить своё мнение при себе.

– Филиппа, – выдохнул учитель математики и мой бывший коллега Богданов.

– Егор…

– Рад тебя видеть, – оскалился оборотень, подходя ближе к нашему трио. – Жива и невредима… хотя, правильнее сказать «живучая». Потрясающе!

«Нет… – окончательно поняла для себя, – всё-таки придётся переезжать отсюда подальше. Только куда? Может, на юг России? А! Неважно. Главное – подальше от этих волчар».

– Я хочу есть, – отрезала сухо, прямо демонстрируя своё нежелание вести праздные беседы.

Бровь Богданова взлетела к тёмной чёлке, но проявить чудеса сарказма оборотню не дал поднимающийся по главной лестнице бета Никиты.

– Виктор, почему ты ещё здесь? Глухой? Луна сказала, что голодна. Быстро спустись на кухню и принеси. Егор Владимирович? Вы ещё не уехали? Я думал, Северск уже заждался своего нового альфу. – Холодный тон беты, чью должность Богданов занимал при отце Никиты, говорил о многом, но все свои выводы я пока не спешила формулировать. Картинка пока не полная. Да и структура внутренних отношений у оборотней слишком сложна.

«Плюс – оно нафиг мне не надо!» – мысленно дала себе затрещину, заставляя извилины думать в направлении собственной подстраховки.

– И чай сделайте, пожалуйста… – подала голос, стоило только Виктору перестать скалиться и сделать шаг по направлению к лестнице. – Обязательно мятный… с листиками мяты и долькой лимона.

Оборотни, все вчетвером, переглянулись.

– Сам схожу, – нахмурился Сергей, манерно поворачиваясь к Егору Владимировичу и отвешивая тому поклон. – Но перед этим провожу вашу персону лично на выход. Никите точно не понравится тот факт, что бывший бета северной стаи крутится возле его Луны.

– Листья мяты и лимон, – перебила я это странное бодание, прежде чем вернуться обратно в комнату и плотно закрыть за собой дверь.

Постояв немного, убедилась, что оборотни разошлись.

Слабо себе представляю причину обоюдного недовольства, но и Егор, и Сергей явно имели претензии друг к другу.

Однако, как я уже сказала, мне дела нет до межклановых разборок. Я так-то вообще стараюсь держать нейтралитет. Без того судорогой страха внутри всё сжимает, как думаю, что оборотни Никиты уже шерстят, собирая досье на загадочную мастерицу дорогих рукотворных изделий.

У меня не было никаких соцсетей, кроме рабочего сайта, с Женей я выходила на прогулку исключительно в лес, выезжая на тонированной машине. Ну, или во дворе, а там у нас заботы такие высокие, что никакие соседи не увидят, что за ними творится! Да я вообще сомневаюсь, что они вообще знают о Жене. Нянь у сына отродясь не было, в больницу, в силу здоровья сверха, мы так же не посещали. Рожала я в другом городе у бабки, пропагандирующей роды на дому. Хотелось, конечно, по нормальному, но страшно было. А вдруг бы малыш родился волчонком?! Господи… сколько страхов я пережила, пока мне не положили окровавленного Женю на живот! Даже сейчас жутко вспоминать.