Но пленил меня крепче оков…

И в ночи, когда спят оспалы,

Вижу сон я, Памелла, о вас…»

Пэм поперхнулась продолжением, еще несколько секунд смотрела на стену имени себя, а затем резко обернулась:

– Чего ж ты тогда сразу не вышел, стихотворец несчастный?

– Не знаю, как сказать…

– Как есть! – рявкнула Пэм.

– Я некромант.

Пэм застыла как вкопанная, медленно подняла руки и закрыла ими рот. Глаза её вновь стали огромными от ужаса и удивления.

– Некромант… – тихо пробормотала она, едва слышно.

Некромант поспешно шагнул вперёд, горячо заговорив, словно пытаясь её успокоить:

–Ричард, моё настоящее имя Ричард. Пожалуйста, поверьте, я ничего дурного не замышлял. Просто некромантия – это дар, его не выбирают. После войны её объявили вне закона, и все… Я не хотел никому навредить. Мне просто негде было спрятаться. Что мне было делать?

В его голосе прозвучала такая отчаянная искренность, что даже Пэм слегка смягчилась и задумчиво опустила руки.

– Вот ведь напасть… некромант-стихоплёт… падучая-принцесса – пробормотала она почти сочувственно. – Что ж с вами со всеми теперь делать-то…

– Пэм, помогай! – взмолилась я.

Пэм тяжело вздохнула и снова перевела взгляд с меня на некроманта. Потёрла виски, явно пытаясь унять головную боль, а потом тихо простонала:

– Давайте-ка, оба садитесь и выкладывайте всё по порядку и подробно. Чувствую, без настойки я этот разговор не переживу.

Некромант услужливо протянул ей бутылку, в котором плавали грибы, но экономка не рискнула пробовать угощение.

Она опустилась на ближайший плоский камень, шумно вздохнула и приготовилась слушать. Я и Ричард, перебивая друг друга, сбивчиво и торопливо стали рассказывать ей всё, что произошло с каждым из нас. Про некроманта и его побег, про мою магическую шубу, про отчима-дракона, шамана-оспала и про нелепое недоразумение с Александром и Филиппом.

Рассказ затянулся больше, чем на час, и когда мы, наконец, замолчали, Пэм с трудом разогнулась, охнув от боли в спине, и потёрла поясницу:

– Ну дела-а… Прямо хоть в роман пиши, такая путаница! – Она покачала головой и тихо добавила: – Но я всё поняла. Дайте мне хоть немного времени подумать, а то голова сейчас лопнет от таких историй.

– А сейчас? – робко спросила я, глядя на неё почти с надеждой. – Что делать сейчас?

Пэм нахмурилась, строго на меня взглянула, а потом встала и решительно направилась к выходу из пещеры:

– Лично я собираюсь спать. И вам советую сделать то же самое. Завтра нас всех ждёт совершенно безумный день.

***

Утро наступило слишком быстро. Я не могла сказать, что выспалась, да и разве уснёшь после всего, что случилось вчера? В голове кружились тысячи тревожных мыслей.

Тяжело вздохнув, я встала, накинула шубу и медленно поплелась на кухню ждать Пэм. Экономка появилась точно к завтраку – взъерошенная, слегка помятая, но всё ещё полная решимости навести хоть какой-то порядок в этом хаосе.

– Доброе утро, – буркнула она и сразу направилась к печи, растапливая огонь и доставая продукты для завтрака.

Я тихо присела за стол, не решаясь первой начать разговор.