Я старательно выполняла её указания, то и дело оборачиваясь, чтобы убедиться, что всё делаю правильно.

Пэм критично осмотрела мою работу и, видимо, оставшись довольной, облегчённо кивнула.

– Вот и славно. Теперь шубу свою страшную причешу и неси всё это в гостиную. Да не отсвечивай!

Я замерла, не веря своим ушам:

– Что? В гостиную? Так там же родители! Я же…

– А кто понесёт, если я на ногах еле держусь? – рявкнула Пэм. – Давай, Паду… Анна, не подведи. Неси и улыбайся.

Осторожно удерживая в руках поднос с горячим чайником, тонкими фарфоровыми чашками и тарелкой свежеиспечённых бисквитов, я остановилась у дверей гостиной. Сердце стучало так громко, что заглушало даже весёлый треск поленьев в камине. Изнутри доносился тихий гул голосов.

Я задержала дыхание и осторожно приоткрыла дверь. Магия шубы, к счастью, действовала исправно. Никто даже не взглянул в мою сторону.

– …И тогда я ему говорю: если ещё раз прилетишь так поздно, ночевать будешь в сарае, – сказала женщина с изящной осанкой и строгими чертами лица, улыбаясь мужу.

– Да уж, помню. Пришлось даже пожить пару дней с грифонами, – сдержанно усмехнулся высокий мужчина с серебристыми волосами, откидываясь в кресле. – Филипп, что у тебя нового?

Филипп коротко пожал плечами. Александр отмахнулся, поглядывая на часы.

– Какие у него могут быть новости. Он читал. А вот у меня, у меня новости великолепные! Я… правда, пока не могу рассказать детали. Это сюрприз! Но вы будете в восторге!

Мать тихо застонала, устало прикрыв глаза ладонью:

– Александр, умоляю, только без сюрпризов.

– А помнишь, как этот сорванец припер с востока фейверк с волшебными искрами, но не…

– Я просто торопился успеть ровно к полуночи! – возмутился Александр.

– Ты просто не удосужился ознакомиться с инструкцией, – заметил Филипп, глядя на брата с укоризной.

– Бамкнуло знатно, – смеялся отец, – сюрприз был для всех! Сколько сошло лавин? Три?

– Две, – буркнул Александр, насупившись.

– Фирменный сюрприз от младшенького: пожар и две лавины, а помнишь того толстого музыканта, которого он спрятал в тоннелях оспалов и бедняга там потерялся?

Мать не выдержала и рассмеялась, вытирая платком выступившие на глаза слезы:

– А бабочки?

– Те, что он выпустил из коробок, а они начали совокупляться, а потом отложили личинок по всему саду? И мы два сезона…

– Хватит! – взмолился Александр.

Я осторожно расставляла чашки на маленьком столике, рассыпала бисквиты на тарелку и, стараясь двигаться незаметно, потянулась разлить чай. Александр в этот момент снова глянул на часы и с тревогой посмотрел в окно – прямо на освещённую беседку.

– Вообще-то мне пора! На этот раз сюрприз будет… другой. Обещаю.

Дракон вскочил на ноги, расцеловал мать в обе щеки и собрался уходить.

Сердце у меня ухнуло. Если он прямо сейчас направится в беседку и не найдёт меня?!

Думать было некогда!

Я действовала инстинктивно. Я нарочно встала ему за спину. Неловкое движение – и горячий чай оказывается на брюках и рубашке Александра.

– Ох! – воскликнул дракон. – Что за… криворукая… Откуда ты вообще взялась?!

Филипп сухо кашлянул и приподнял бровь, глядя на брата:

– Попридержи язык, Александр. Это дама.

Александр поймал строгий взгляд матери, смутился, встряхивая рубашку: