При свете магических фонарей, которых, как я вдруг поняла, стало на порядок больше, мне было хорошо видно, каким непроницаемым стало лицо Ладана. Будто он отключил все эмоции и мысленно считал до десяти.

— Студент Норт, отпустите Вольту, — сдержанно, но холодно произнес мой куратор.

Не понимая, чем вызвал недовольство, абсолютно непробиваемый и постоянно улыбающийся боевой маг по фамилии Норт вдруг вскрикнул и, к нашему величайшему удивлению, нырнул в кусты можжевельника. Мы молча наблюдали… Через какое-то время он, порядком исцарапанный и измятый, вынырнул обратно, что-то держа в огромных ручищах.

— Смотри, крошка, какая красивая мышка! — с благоговением прошептал он, опуская грызуна мне прямо на руки.

Я обомлела.

— Надеюсь, ты не боишься мышей? — с запозданием решил осведомиться Норт.

— Нет, — тихим голосом ответила я, понимая, что мое дежурство закончится, так и не успев начаться. — Но у меня аллергия на хомяка, которого ты только что посадил мне на ладони…

Пауза длилась недолго.

— Идиот, — как-то безнадежно прошептал его напарник.

— Оливия, только не падай в обморок, — поспешно попросил Ладан, оказываясь вдруг рядом.

— Я воздержусь…

— Тебя к целителю, может, отвести? — грустно предложил Норт, забирая перепуганного хомяка обратно. — Прости, я был уверен, что это мышка. Откуда здесь хомяки вообще.

— А если и мышка? — воскликнул Ладан. — На кой черт их ловить⁈

— Да так, приятно хотел сделать, — потупился Норт, а его рыжеволосый напарник горестно покачал головой, всем своим видом показывая, что ему стыдно за друга.

— У тебя странные представления о приятном, — холодно заключил Ладан, а потом добавил: — Я отведу Оливию, а ты, студент Соун, бери своего горе-напарника и пройдись с ним пару раз вдоль тропы с розами, загляните в священную рощу и проверьте гнезда с недавно выведенными красноклювиками. Обратно возвращайтесь тем же маршрутом, заглянув к Первому, Второму и Третьему. Мышей не ловим, цветы не рвем, ложную малину не едим, кошек не пугаем. Если что-то подозрительное — воспользуйтесь кристаллом связи и вызывайте меня. Все ясно?

— Да, господин ведун, — понуро кивнул рыжий маг и, грустно улыбнувшись, добавил: — Прости, Оливия. В следующий раз подежурим вместе.

— Это мы еще посмотрим, — пробурчал под нос куратор, когда парни удалились. — Тебе правда надо к Дарину?

— Мне надо в комнату, — вздохнула я. — В сумке была мазь — когда-то делали на заказ у лекаря.

Ведун предельно аккуратно взял мои руки и, поднеся их к свету, поцокал языком:

— Нда уж… Выглядит не очень, пойдем.

Настроение испортилось окончательно. Мне не нравилось, какими жалостливыми глазами он на меня смотрел, поэтому я поспешила отстраниться и твердо сказать:

— Знаешь, это не смертельно. Я и сама до комнаты дойду. Иди уже к своим зверям.

Прозвучало не очень вежливо, но Ладан спокойно улыбнулся и со всем согласился:

— Конечно не смертельно. Конечно дойдешь. Только на хвостатку не наступи, пожалуйста.

— Мамочки! — Наступить на змею — этого-то мне и не хватало для полного счастья.

Я взвизгнула и отшатнулась, налетев на идущего рядом мужчину. Не ожидав от меня такой прыти, Ладан неловко пошатнулся, и… на хвостатку-таки сегодня наступили. Рассерженное шипение, ругательство, а затем я добиваю наш вечер: запинаюсь о мелкие камни, падаю сама и увлекаю за собой ведуна. Это было бы безумно романтично, учитывая, что Ладан прижал меня к земле своим крепким телом, если бы не крапива, на которой я лежала, и не ползающие туда-сюда змеи… Гнездышко у них тут рядом, что ли…

— Прости, — покаялась я, чувствуя, как начинает гореть спина. — Вот теперь мне нужна твоя помощь.

Плечи и голова мужчины, который удобно расположился на мне, вдруг странно затряслись.

— Ладан, ты плачешь? — испугалась я. — Или тебя змея укусила, и это предсмертные судороги?

— Сама ты судорога, — парень откровенно ржал. — Я просто больше не могу.

— Ты только не ругайся… и не смейся.

— Что еще? — Ладан слез с меня и лег рядышком. Теперь мы вдвоем лежали на холодных камнях, рядом с гнездом красных хвостаток.

— Свитер задрался, когда падали. Я крапивой обожглась.

— Больно, наверное, — осторожно произнес он, не понимая, к чему я клоню.

— Ага, огнем горит… На нее у меня тоже аллергия.

Он не засмеялся, нет. Лишь тяжко вздохнул и равнодушно заметил:

— А ведь ты в шляпе…

— Видимо, она дала сбой… Поможешь до комнаты дойти?

Ладан задумчиво покачал головой.

— Есть другая идея. — В его голосе прозвучало сомнение, будто он не до конца верил, что идея стоящая, но меня вдруг резко подняли и крепко прижали к твердой мужской груди.

— Зачем? — только и спросила я, окончательно растерявшись.

— Здесь змеи и хомяки, — сдержанно пояснил ведун. — Так мне спокойнее.