Оливейро горделиво хмыкнула. Они с ребятами прорабатывали этот план довольно долго, и, на самом деле, он был прост: Клара должна сыграть жертву и, улучив момент, подкинуть в одежду паладинов маленькие клейкие артефакты морока. Из-за небольшого размера, магии в них было не так уж и много... Но чем ближе они к адептам — тем ярче иллюзии, дополняющие реальность.

Светлые слишком осторожны, потому Алан (и компания) сделали нечто до боли приземлённое: морок ненадолго скрыл мертвеца, показывая человеческое лицо. Каждый раз, когда Клара поправляла волосы — она снимала с прядей маленькие кристаллики и незаметно подкидывала их недругам.

В конце концов, не только Джун и Роланд, но и остальные паладины повелись на это, упустив парочку восставших… А умертвия были стойкими. Специально созданы для того, чтобы недолго (но эффективно) лупить магов. В тот момент, когда последний амулет был сломан — некроманты официально победили.

— Поверить не могу: ты так самозабвенно обнимала зомби! — рассмеялась Прайс, утягивая Клару на праздничный ужин. — Даже не поморщилась… Может, мы чего-то о тебе не знаем?

— Было мерзко! — фыркнула Оливейро. — Но я боялась, что они увидят лишнее сквозь морок…

Она и вправду прижала к себе оскаленную морду лже-Алана и это (мягко говоря) было отвратительно!

«Но ради победы можно и потерпеть» — решила Клара, в нужный момент отпуская (не в меру) разбушевавшееся умертвие. Честно говоря, когда Роланд отлетел в сторону от удара, она на самом деле испугалась… Уж слишком опасно это выглядело.

— Как же смачно они продули! Аккельцев ждёт большая взбучка в академии, — с наслаждением протянула Эделия.

Клара неловко улыбнулась, стараясь не зацикливаться на чувстве вины перед Роландом. Она ведь использовала их отношения для того, чтобы создать этот план… Но, с другой стороны, «на войне как на войне», верно? Двоеборство всегда было и остаётся азартным испытанием академий, где главное наказание — удар по самолюбию в случае проигрыша. А она и впрямь защитила честь Хорурк-Мора! С этими мыслями Клара потянулась к фруктовому пуншу в столовой, весело болтая с однокурсниками.

Ребята тайком пронесли на праздник хмельные напитки и теперь незаметно подливали их в стаканы, отчего вечер стал особенно оживлённым… Только паладины не разделяли всеобщего веселья, ужиная подальше от некромантов.

— Знаешь, сначала я думал, что ты такая… Фифа. — хмыкнул Маркус, поднимая стакан. — Ошибся, извиняй. На самом деле, ты нормальная, вполне подходишь нашему факультету!

— Да, она блёсточка некромантов с первого дня! — хохотнул Алан. — Чутьё меня не подвело…

Клара растерянно улыбнулась. Она совсем не привыкла ко всеобщему дружелюбию, но… Ей это нравилось. Нравилось бороться, преодолевать, чувствовать ток магии в венах и познавать эту странную «академию мужланов».

Лишь сейчас Оливейро в полной мере ощутила всю прелесть Хорурк-Мора. То, насколько здесь интересно. То, как много вокруг хороших людей… Прикусив нижнюю губу, Клара тихонько выскользнула из-за стола, устремившись на свежий воздух.

Конечно, у её действий был ещё один (корыстный) мотив. Ведь у каменного окна в полумраке пустынного коридора она вновь встретила сероглазого магистра, который впился в её сердце ядовитой занозой.

— Профессор… — чуть слышно проронила Клара. — Вы… Спасибо вам.

Тремейн молча посмотрел на девушку и склонил голову набок.

— Правда, спасибо. — шепнула Оливейро. — За советы, за поддержку… Вы очень помогли мне.

— Я рад. — его лаконичный ответ прозвучал по-летнему тепло.

Магистр улыбался, и в этой улыбке было так много обманчивой заботы, что у Клары невольно перехватило дыхание. Она вдруг поняла, что никогда бы не познакомилась с этим человеком, если бы не тёмный дар.

— Магистр, скажите… Что чувствует маг, когда его поток блокируют? — вырвался у неё нежданный вопрос.

Раньше Оливейро хотела избавиться от неугодных сил (и отец до сих пор намекает на это), но теперь… Теперь пульсация магии в районе солнечного сплетения ощущалась как что-то непомерно естественное, почти родное. И Клара пыталась осознать главное: хочет ли она возвращаться к той самой обычной жизни в Грассе?

«Нет. На самом деле — не хочу»

— Вы говорите о ритуале Отсечения? — уточнил Тремейн. — Как правило, к нему приговаривают магов, совершивших преступление.

— Да, — рассеянно кивнула Клара. — Но бывали же случаи, когда кто-то просто хотел избавиться от сил…

— Клара, Отсечение — очень страшный ритуал. — произнёс магистр, нахмурившись. — Он… Просто рубит по живому. Разрезает потоки энергии, после чего закрывает их навсегда. Те, кто прошли через него… Можно сказать, потеряли часть своей души. То, что от них осталось — не более чем тень прежнего человека.

Клара побледнела, невольно сделав шаг назад. Это даже звучит страшно! Раньше ей казалось, что блокировка магии — единственный верный путь, но… Разве можно всерьёз хотеть этого?