Заметив улыбку на лице Себастьяна, удивленно взглянула на него. К тому же меня насторожил блеск в его глазах. Видимо, угроза теперь висела над моей головой.

— Доброй вам ночи, Ваше Сиятельство, — чуть ли не скороговоркой проговорила я и поспешила ретироваться в свою комнату.

Но не тут-то было!

— Постой, Оливия, — граф удержал меня за руку. — Что ты делала в коридоре в такое время? Что-то случилось?

— Просто не спалось, — не стала я говорить про свои подозрения насчет поведения Клариссы. Доказательств в том, что она хочет избежать посещение бала, у меня не было. — Решила пройтись, но теперь возвращаюсь к себе.

Граф не торопился выпускать мою руку. Где-то пропели первые петухи. Еще немного и начнет светать. А мы с графом чуть ли не прижимаемся друг другу в темном углу коридора придорожной таверны. Мое воображение живо нарисовало картины, от которых мои щеки тут же стали пунцовыми. Хорошо, что в полумраке коридора Себастьян не видит этого.

Близость мужчина будоражила кровь. Как бы я не думала холодной головой и понимала, что у нас с ним нет будущего, сердце отказывалось подчиняться. Оно учащенно забилось, чувствуя исходящий жар от графа. Взволнована была не только я. Было огромной ошибкой с моей стороны, что я утянула графа в укромный уголок. Хорошо еще, что на мне платье, а не нижняя рубашка.

— Оливия, — граф снова обратился ко мне по имени. Его лицо начало приближаться к моему.

“Всего один поцелуй”, — настаивало сердце.

“Беги от него!” — кричал еще не помутневший от нахлынувших чувств разум.

Глядя в глаза графа, в которых я видела острое желание, я понимала, что даже за невинный поцелуй придется платить многим.

— Доброй ночи, граф, — произнесла я, отвернувшись.

Губы графа успели коснуться моей щеки, после чего я буквально сбежала от него.

Оказавшись у себя, я проводила графа в его комнату, затаив дыхание. Себастьян задержался возле моей комнаты, но, слава богу, не постучался. Еще некоторое время постояла, привалившись к двери и вслушиваясь в звуки, но таверна спала. Убедившись, что в такое время Кларисса вряд ли направиться куда-то, чтобы свидеться с Мейдором, я решила поспать оставшиеся пару часов.

Сон не шел. За окном пропели уже вторые петухи, а я все еще продолжала смотреть в потолок. Йенс временами ухал, но он тоже предпочел поспать, чем бодрствовать. Смотрела на потемневшие от времени доски и думала над одним вопросом: как нам с графом быть в столице? Одна надежда на то, что у нас не будет времени, и каждый будет занят своим делом. Я — сопровождать близняшек в лавки и за покупками, граф же посещением клубов и балов, как и поиском подходящих женихов для своих сестер.

Ольга Васильевна  — Оливия Саттон

В путь мы тронулись спозаранку. Всем не терпелось оказаться в столице, а не трястись в карете по ухабам. Завидев вдалеке стены Ашхарда, граф поскакал вперед. Опасности нападения разбойников на главной дороге, что вела в столицу, была минимальной. Девушки вели себя смирно, с любопытством поглядывая в мою сторону. Но их нетерпение было видно невооруженным глазом. Правда, вопросов не задавали. Меня клонило в сон, но я держалась.

В ворота столицы империи мы въехали до полудня. Нас тут же накрыло шумом большого города. Крики городовых и зазывал,  споры возничих, ссоры прогуливающихся пешком. Скорость пришлось сбавить. Немного поплутав по широким улицам и узким улочкам, карета, наконец-то, остановилась возле столичного дома рода Кэмбелл из белоснежного камня. Граф Себастьян доехал раньше нас и уже успел раздать распоряжения.

Слуги нас ждали, как и миссис Нанни с Гвендолин, что опередили нас. В отличие от нас, они не останавливались на ночь в тавернах. Стоило нам войти внутрь, как дом наполнился звуками и оживился. Радость от встречи и завершения поездки.

Время до вечера решили потратить на отдых после дороги. Я без зазрений совести попросила приготовить для меня ванну. Наказав столичному дворецкому графа в оба глаза следить за близняшками, до самого ужина я решила не выходить из комнаты. К тому же, в особняке находилась и миссис Нанни. Являясь наставницей Амалии и Клариссы, а не гувернанткой, у меня имелись свои преимущества. Не только дорога, но и бессонная ночь измотали, что хотелось смыть себя не только дорожную пыль, но и усталость, понежившись в горячей воде.