— Не знаю. Я же тут давно работаю. Сначала обрадовалась, когда Архипов предложил мне стать начальником отдела в новом департаменте. А потом, когда видела, как Стаса переманивают на должность директора, как Архипов на все его условия готов был пойти, подумала, что придёт царь с короной на голове, и работать будет невозможно. А Стас оказался таким… — замолкает, подбирая слова. — Таким хорошим, умным, справедливым, честным. Ни разу не наорал, не унизил. Если что-то не получается, наоборот, помогает, подсказывает. Как хорошо, что Архипову удалось переманить Стаса. Это было сложно.

— Почему?

Я помню, как в мой первый рабочий день Лиза говорила, что у Стаса были большие требования при переходе сюда. И не только материальные. Подробности мне неизвестны до сих пор. Хотя сейчас это уже и не важно. Но просто мне хочется поговорить о Стасе. И да, я согласна с каждым словом Лизы: Стас самый лучший начальник.

— Потому что его условием было переманить тебя, — неожиданно подаёт голос Коля.

Замираю с вилкой в руках. В удивлении вытягивается и лицо Лизы.

— В смысле переманить меня? — непонимающе уточняю.

Коля глядит на меня, слегка приподняв уголки губ в снисходительной улыбке.

— Стас поставил Архипову условие: перейдёт сюда работать, если в департаменте будет создан отдел стратегического планирования, и его возглавишь именно ты. Изначально в департаменте не должно было быть отдела стратегического планирования. Его создали специально для тебя, потому что Стас выдвинул такое требование. И Стас подписал свой job offer* только после того, как ты подписала свой.

— Когда я пришла, Стас уже был тут… — растерянно бормочу.

— Ну тебе же требовалось время на завершение дел в Париже и возвращение в Москву. А Стас просто отработал две недели на предыдущем месте и пришел сюда.

— Отдел стратегического планирования не может быть создан по чьей-то прихоти, — продолжаю возражать. — Это очень важный отдел, у каждой компании есть стратегия…

— Стратегиями должна была заниматься я, — вклинивается Лиза. — Мой отдел должен был называться «Отдел прогнозирования и стратегического планирования». Именно на такую позицию меня приглашал Архипов. А потом Стас захотел разделить эти отделы. Я сначала расстроилась, что у меня отбирают кусок пирога, а потом обрадовалась: меньше работать. Штатное расписание долго меняли, в отделе кадров Стаса презирали. Но я не знала, что Стас делал это ради тебя.

Сейчас я припоминаю, как в мой первый рабочий день Лиза рассказывала, что Стас потребовал изменить штатное расписание департамента, и это заняло много времени из-за большой бюрократии.

— Вы со Стасом давно знакомы, — Коля не спрашивает, а констатирует. И ждет от меня аналогичного правдивого рассказа.

— Да, — честно отвечаю.

— Откуда? — тактично уточняет Лиза.

Я медлю с ответом. Не потому что не хочу говорить правду, а потому что шокирована услышанным от Коли.

— Пять лет назад мы со Стасом должны были пожениться. Но у нас произошёл конфликт, и мы расстались. Я уехала работать в Париж и родила от Стаса ребенка, о котором он не знал. У нас общая дочь.

Лиза с Колей уставились на меня, выпучив глаза и побросав вилки. А мне вдруг так легко на душе становится после честного признания. Я не испытываю стыда за то, что рассказала про нас со Стасом. Он и сам неоднократно предлагал мне не скрывать ничего на работе.

— Так вы со Стасом… — Лиза запинается, видимо, постеснявшись озвучить догадку.

— Да, — отвечаю на ее непрозвучавший вопрос. — Мы со Стасом воссоединились. И мы вместе воспитываем нашу дочь.

Эти слова кажутся мне самым правильным из всего, что я когда-либо произносила: мы воссоединились и мы вместе воспитываем дочь. Лиза резко подскакивает со стула напротив и пересаживается рядом со мной.

— Полечка, все будет хорошо, — обнимает меня крепко. — Мы все за него молимся.

— Он справится, — поддакивает Коля. — У Стаса железная сила воли. Я почти пять лет работаю с ним бок о бок. Если Стас поставил перед собой какую-то цель, он обязательно ее добьётся.

— Спасибо вам, ребята, — шепчу.

Рассказ Коли ошарашил меня. Получается, меня пригласили на работу не потому, что я такая крутая и замечательная, а потому, что Стас этого захотел. Он специально выманил меня из Парижа. Потребовал создать в департаменте отдел, который соответствовал профилю моей работы во Франции, и сделать мне оффер.

Оказывается, Стас все продумал и просчитал, ведь он так хорошо меня знает. Он видел, как я мечтаю о карьере, и чего мне стоило отказаться от работы в Париже ради того, чтобы быть с ним. Хотя я ни разу не упрекнула Стаса, ни разу не произнесла вслух: «Я ради тебя отказалась от работы мечты!». Но он, конечно, сам все понимал, видя, как я мучаюсь, ходя в Москве по бесперспективным собеседованиям.