А сейчас мы гуляем по этому парку с нашей дочерью. Вероника вырывается вперед, прыгает в резиновых сапожках по лужам после утреннего дождя и смеется. Дочь стала заметно счастливее после появления Стаса. Даже почти не вспоминает Париж и старых друзей. Папа затмил собой все.

— Она замечательная, — тихо произносит Стас, наблюдая за Вероникой.

— Да, — довольно улыбаюсь. — Я счастлива, что она у меня есть.

— И я счастлив. Спасибо, Полина.

— За что? — не сразу понимаю.

— За дочь, — поворачивает ко мне голову. — Спасибо за дочь.

Его слова трогают меня до глубины души. Даже слезы наворачиваются. Поспешно отвожу взгляд, а вот Стас продолжает на меня смотреть. Я чувствую теплоту в его глазах, на удивление, она греет.

— Расскажи мне про Веронику. Какой она была, когда родилась? У тебя есть фотографии?

— Есть, — достаю из заднего кармана джинс телефон. Открываю в галерее папку, посвященную Веронике, и протягиваю смартфон Стасу. — Вот тут начиная с роддома.

Всего в папке несколько тысяч фотографий. На протяжении нашей двухчасовой прогулки Стас смотрит их все. За ним забавно наблюдать в эти моменты: губ касается легкая счастливая улыбка, взгляд светится искренним счастьем.

— Знаешь, когда у меня наступила задержка, я так боялась, — честно признаюсь. — И когда тест на беременность покупала, тряслась от страха.

— Почему? — возвращает мне телефон, дойдя до самой последней фотографии.

— Не знала, как ты отреагируешь. Опасалась, что ты не захочешь детей. Мы ведь не обсуждали это тогда.

— Полина, я ведь сделал тебе предложение.

— Да, но я все равно боялась твоей реакции. Переживала чуть ли не до слез.

— Я бы обрадовался. Я бы очень сильно обрадовался.

От его слов сердце к горлу подпрыгивает. Чувство щемящей тоски заполняет меня с головой. Все могло бы быть иначе…

— Я замёрзла, — к нам подходит Вероника.

Появление дочери спускает меня с небес на землю.

— Пора домой, — объявляю.

Через час приедет Алексей, а я даже не выбрала, в чем идти. Впрочем, какая разница? Нет ни настроения, ни желания как-то особенно наряжаться. Надену обычное платье и достаточно.

— Я уеду по делам, — говорю Веронике. — Побудешь с папой.

— А ты надолго? — дочка вмиг становится грустной.

— Вернусь уложить тебя спать.

— Так долго! — произносит недовольным голосом. — А можно мы с папой поедем с тобой?

— Нет, нельзя.

Вероника продолжает ныть всю дорогу до дома. Стас идет рядом молча. В квартире я скрываюсь в своей комнате, быстро одеваюсь, укладываю волосы и крашусь. На протяжении всех сборов не покидает чувство лени и желания тупо остаться дома с ребенком. Но тогда Леша обидится. Мы и так вообще не видимся, что уже вносит напряженность в наши недавно начавшиеся отношения.

— Ой, а кто это к нам пришел? — Вероника удивляется звонку в дверь.

— Это ко мне.

Я тороплюсь в прихожую, крася на ходу губы. Бросаю помаду в сумочку, окидываю себя финальным взглядом в зеркало, снимаю с крючка пальто и открываю дверь.

— Привет, — Леша делает шаг в квартиру. — Это тебе, — протягивает букет.

— Спасибо большое, красивые.

Алексей тянется поцеловать меня в губы, но резко замирает. Его взгляд устремлён на кого-то за моей спиной.

— Добрый вечер, — звучит за спиной холодный голос Стаса.

Ну кто бы сомневался! Конечно, Войцеховский не мог удержаться от того, чтобы не показаться на глаза Алексею!

— Здравствуйте, — отвечает ему Леша.

— Папа, а пойдем еще гулять, раз мама от нас уходит! — в прихожей появляется Вероника. — Ой, — видит Алексея и осекается. — Здрасьте.

Ника держит Стаса за руку и жмётся к его ноге. Ситуация до ужаса нелепа.

— Эээм, — теряюсь, взмахивая руками. — Леш, познакомься, это Станислав — отец моей дочери.

— И еще начальник Полины, — зачем-то добавляет Войцеховский.

Алексей выглядит так, будто попал в театр абсурда. Его правая бровь медленно ползёт вверх.

— Приятно познакомиться, — отвечает.

Ну да, а что ещё тут ответишь? Но руку Стасу не протягивает. Впрочем, Стас тоже этого не делает.

— Взаимно, — интонация Войцеховского настолько сухая, что становится не по себе.

Так, пора убираться, пока в воздухе не заискрило от напряжения.

— Вероника, веди себя хорошо, — даю наставление ребенку и надеваю на себя пальто.

Дочка при виде Алексея вдруг заметно загрустила. Ох, только этого не хватало! Я чувствую, скоро она спросит, зачем нам дядя Леша и почему папа не живет с нами. Не удивлюсь, если начнет просить у нас со Стасом братика или сестричку.

Господи, только не это.

— Мама, приходи скорее. Мы с папой будем тебя очень ждать.