Лисса коротко взглянула на супруга, который был как-то особенно задумчив со вчерашнего вечера. Даже ночь он провёл, совершенно не совершая никаких поползновений в сторону супруги вопреки дневным угрозам. Таким он вернулся после разговора с королём далеко за полночь. Лисса уже успела к тому времени заснуть. От Эрика немного пахло кисло-сладким вином, и он заснул, только коснулся головой подушки. Подгрёб Лиссандру под себя, даже на Снежку не бурчал, когда та улеглась в изголовье его подушки.

Все расселись за столом и пир покатил горой. Сменялись блюда, сменялись актёры и менестрели, сменялись музыканты один за другим.

Лиссандра давно насытилась, успела наслушаться «мужских» разговоров, насмотреться представлений и заскучать. На столе стояли хмельные напитки, и мужчины не пренебрегали ими, пили со смаком, веселились.

Лиссандра выхватила взглядом сестру. Беременная Альгия давно устала, но терпела неудобства. Праздник был в честь её, и уйти было невозможно. Всё, что допускалось, — это немного прогуляться и вернуться. Лиссандра уверенно предложила это Альгии, и та охотно согласилась, больно вцепившись в руку герцогини. Если бы не поддержка выносливой целительницы, то Альгия по своим ощущениям могла бы грохнуться в обморок. Она молча терпела, не смея тревожить супруга, который сегодня, как никогда, уделял ей много внимания и постоянно держал за руку. Боялась оттолкнуть его своим нытьём.

Целительница в Лиссе, как это обычно и происходило, пересилила светскую половину. Сначала она запросила у собственного супруга разрешение обратиться к королю и, получив позволение, быстро и чётко обозначила сюзерену проблему.

Харольд забеспокоился. Заморить беременную супругу совсем не входило в его планы. Ценность наследника была велика, поэтому он позволил женщинам встать из-за стола и передохнуть в покоях Альгии. Что они и сделали.

Лиссандра весь вечер и всю ночь не отходила от Альгии, помогая той восстановить силы и снять боль в спине и внизу живота. Быстрый рост ребёнка всё больше настораживал Лиссандру. Она даже познакомилась с королевским целителем. Мужчина тоже был озадачен и перелистал огромное количество книг, выискивая причины. К тому же он поделился с герцогиней своими наблюдениями. Из десяти беременных женщин, которые обращались к нему за разной помощью, ещё у двоих так же аномально протекала беременность.

— Вы вывели какую-то закономерность? Это только знатные дамы? Или чем-то отмеченные? В нашем замке я тоже наблюдала подобное течение беременности у баронессы.

Лиссандра знала только два случая. Но для того, чтобы делать выводы, этого было мало. А если сплюсовать ситуации, то можно заметить особенности, их объединяющие.

— Кто отец ребенка? Человек или оборотень?

— Оборотень, — Лиссандра нахмурила бровки, отвечая на вопрос целителя. В последнее время её не покидала непонятно откуда взявшаяся уверенность в том, что ребёнок Клотильды не от Эрика. Хотя герцогиня заставляла себя так не думать, чтобы потом разочарование не было слишком сильным.

— Вот и в моей практике то же. Если отец оборотень, то беременность протекает так, словно у суки, понесшей от кобеля. Всё намного быстрее. К сожалению, я не нахожу источников, в которых бы описывались сроки беременности в те времена, когда оборотни умели полностью оборачиваться в свою истинную форму, а не застревали в двуногом теле.

Лиссандра тяжело осела на стул и обхватила себя руками, раздумывая над словами местного целителя. Что это — бред? Или в этом есть зерно правды? Давно известно, что если постараться, то даже самое неправильный вывод можно обосновать так, что он будет казаться безусловной правдой. А самое очевидное на первый взгляд всегда кажется полным абсурдом.

— Что могло так повлиять? — вскидывая глаза на целителя, поинтересовалась герцогиня.

— Возможно, выброс энергии из Потумирья по линии разлома? Все беременности приключились в промежутке липа-серпа. Или воля Единого, — пожал мужчина плечами, сворачивая свитки с выдержками из разных книг, которые он изучил. — Последнее тоже не нужно сбрасывать со счетов.

Разговор с целителем затмил даже беседу с новоявленной королевой. Хотя Лиссандра и удивилась выбранной теме. Альгия вспоминала свою беззаботную жизнь в Срединных землях и вдруг ни с того, ни с сего заявила:

— Это вы, миледи, должны были стать супругой короля Вульфрика. Вы же старшая принцесса.

Альгия смотрела на Лиссу каким-то изменившимся взглядом, словно повзрослела за это утро.

— Такова доля женщин Ареи. Не мы выбираем, — мотнула головой Лисса и криво улыбнулась, вспоминая историю своего знакомства с королём и нынешним супругом с самого начала. — За нас выбирают. И хорошо, если этот выбор окажется приемлемым.

— Неужели вы влюбились в герцога Гренстона? Вы же на дух не переносили мужчин у нас в замке. Вам нравится быть его супругой. Я же вижу.