— Прекрати отчитывать меня, как мальчишку! — недовольно громыхнул Эрик, вспыльчиво стукнув кулаком по деревянному столику между креслами. От удара крышка раскололась, но мужчины даже не обратили на это внимание, оба прожигали друг друга взглядами. — Ситуацию уже не исправишь. Я принял этот факт, как расплату за всё неправильное, что совершил в жизни.

— Тебе с этим жить, — согласился Харольд и обманчиво расслабился, опираясь спиной о высокую спинку деревянного кресла.

— Это не проблема на фоне того, что грозит всем нам в скором времени, если ничего не предпринять. Один из запорных замков на той самой Двери открыт, два других серьёзно повреждены. Больше не стоит вопрос о возможности Прорыва. Вопрос теперь звучит: как скоро? По моим подсчётам наиболее вероятное ближайшее время — это на чёрное солнце в груде.

— Что произошло? — король сразу стал серьёзен и сосредоточен. — Как такое могло случиться?

— Дознание ни к чему конкретному не привело. Виновного до этой поры не нашли. Но это кто-то, знающий язык демонов и их ритуалы. Все слишком расслабились за столетия покоя, и я не исключение. Своей вины я не умаляю. Лорд Рочер в спешном порядке продолжает проводить дознания, а я тем временем перевожу крепость в режим защиты. Весь гарнизон замка и мои люди остались под оружием. Я никого не распустил. Всех гражданских, без услуг которых можно обойтись, выселяю в новый город.

— В каком смысле новый? — удивился король тому, как легко и спокойно брат об этом говорит. У него же от новостей внутри всё неприятно сжималось. Призрачная угроза, довлевшая над миром, приобрела осязаемые очертания. 

— Пользуясь случаем, прошу рассмотреть моё прошение, — Эрик вынул из кармана заготовленное письмо и протянул Харольду. Тот в свою очередь быстро пробежал глазами по свитку. 

— Ты продумал тактику?

Эрик следил за братом, стараясь уловить, как реагирует король на угрозу, но по внешнему виду монарха невозможно было сказать, что он удивлён новостью, напуган или в панике. Только во взгляде появилось напряжение. Держать лицо Харольд умел в любой ситуации. 

— Мне нужно попасть в библиотеку и переговорить с Хранителем знаний, — Эрик поморщился, вспоминая прошлую встречу с Хранителем. — Дашь допуск?

В тайный схрон можно было попасть, только используя королевский перстень. 

— Пойдём вместе. Завтра коронация, мероприятие затянется до вечера. А вот послезавтра с утра и пойдём.

Эрик молча согласился, хотя хотел бы отправиться уже сейчас, но брат был прав. Так быстро они не обернутся. Хорошо, если уложатся в сутки.

— С основным вопросом решили. А теперь можно и о жизни поговорить, — Эрик иронично выгнул бровь и нагло улыбнулся, расслабленно разваливаясь в кресле. — Что с твоей супружеской жизнью, Харольд? Мои глаза меня не подвели? У тебя появилась фаворитка? Аппетитная брюнеточка. А как же принцесса? Ты же так хотел её заполучить в свой сад.

— Что ты понимаешь! Солдафон, — фыркнул в бороду король, скрывая улыбку. — Я любуюсь на свой экзотический цветочек. Понял, что нужно делать это на расстоянии, иначе при более близком рассмотрении он теряет всё очарование и выглядит расцвёвшим сорняком.

— Ты не преувеличиваешь? Или действительно всё так плохо? — от удивления у Эрика брови приподнялись, и он невольно поёрзал на стуле, напрягаясь. Теперь интерес короля к Лиссандре настораживал ещё больше. В Лиссе он был уверен, та не променяет супруга ни на кого другого, но вот король был достаточно упрям в достижении целей. Вепрь за своим трофеем мог идти долго и, как правило, достигал желаемого результата.

— Пустышка, — пожал плечами шатен и натянуто рассмеялся. Признаться, что купился на красивую обёртку, он мог только Эрику. — Нужно было брать замуж старшую принцессу, как и должно. С миледи Лиссандрой хотя бы не заскучал. Я до сих пор под впечатлением от нашего знакомства и того времени, когда мы вместе возвращались домой. Кстати, как тебе супружеская жизнь? Помнится, ты сопротивлялся моей воле. Как миледи в постели?

Эрик набычился. Разговор о Лиссе раздражал куда больше, чем всё вместе взятое, о чём говорили до этого.

— Не суй нос в нашу супружескую постель, — чуть ли не по слогам отчеканил герцог.

Король же с интересом присмотрелся к герцогу. Такая явная привязанность к навязанной супруге была удивительна. Раньше о Кло Эрик говорил охотно, а вот разговор про супругу оказался под запретом. 

— Не рычи. Я всё понял. 

Король перевёл тему на обсуждение налогов, урожая и прочего, о чём обычно говорят лорды. А после ухода герцога он снова мысленно вернулся к тому, что узнал. Герцог Гренстон сегодня сам показал своё уязвимое место.