— Как скажете, миледи, — баронесса потупила взор, перебирая в руках ткань платья. — Вы гарантируете, что после осмотра мне не станет хуже?

— Я не буду физически на вас воздействовать, леди. Осмотрю внешне и, если понадобится более глубокое обследование, то посоветуюсь с милордом.

Лиссандре было непросто обсуждать беременность любовницы супруга, но долг её звал, и лучше заранее знать, если с ребёнком что-нибудь не так. Если он всё же от герцога, то растить его предстоит Лиссандре. Наученная собственным горьким опытом, герцогиня заранее решила не срываться на дитя. Малыш точно ни в чём не виноват в отличие от взрослых.

— С вашего позволения, милорд, я надену плащ, — баронесса дождалась ответа герцога и вышла из кабинета.

— Это что-то серьёзное? — обеспокоенно спросил герцог, стоило двери закрыться.

— Без осмотра не могу сказать. А вы пойдёте с нами?

Ответ Лиссандра не услышала. В замке что-то громыхнуло. Эрик вскочил из-за стола и бросился к окну. Лиссандра последовала за ним, выглядывая в щель между закрывшим обзор Эриком и стеной. Окна кабинета выходили в сторону казарм и башни, ведущей вниз к той самой двери. Во дворе бестолково бегали слуги. Караульные докладывали что-то капитану Норингу, отчаянно жестикулируя. Стражи находились далеко, и о чём говорит капитан, было непонятно. Но вот он оглянулся на окна замка, разыскивая взглядом герцога, не иначе.

— Что это может быть? — Лиссандра спросила герцога, тронув того за руку.

— Не знаю, но намерен выяснить. Миледи, к казарме и башне не подходить. Идите с баронессой в травницкую, как и планировали. Позже я найду вас.

Лиссандра только успела кивнуть, а Эрик уже подхватил перевязь с мечом и бегом понёсся во двор.

Баронесса нашлась на первом этаже. Кружок из женщин живо обсуждал происшествие. Толком никто ничего не знал. Кто-то пустил слух о взрыве на оружейном складе.

Завидев герцогиню, женщины бросились к ней, наперебой требуя ответов. Сказать им Лиссандре было нечего. Она постаралась успокоить встревоженных дам, ловко перекладывая всю ответственность на супруга.

— Герцог Гренстон лично выясняет обстоятельства происшествия. Сейчас он находится в центре событий. Совсем скоро мы всё узнаем. Немного терпения, дамы. Предлагаю скоротать время в Храме, воззвав к Единому. Он не оставит нас, что бы не происходило.

Женщины одобрительно загудели и отправились за плащами, оставив герцогиню и баронессу.

— Идёмте, леди Бейли? — поторопила герцогиня.

— А вы разве не пойдёте со всеми, миледи? Вы же их позвали, — Кло наивно захлопала ресничками.

— Они справятся и без меня. Я присоединюсь позже. Сначала дело. Поторопимся.

Баронесса запахнула крепче плащ на груди, и обе женщины отправились к домику целительницы.

Шли тропинкой через сад молча. О чём можно говорить с тем, кого б глаза не видели?

Возле моста через быстрый ручеёк произошла заминка. Баронесса остановилась, опираясь рукой на перила.

— Немного голова кружится, — призналась она. И Лиссандре ничего не оставалось, как подхватить Клотильду под локоть и помочь зайти в домик.

Благо Вила на месте не было, как и оборотня. Видать, где-то вдвоём носятся.

Целительница усадила гостью на лавку, а сама расстегнула фибулу и скинула меховой плащ, чувствуя, как тепло дома приятно касается кожи после холода.

Лисса неспешно обошла вокруг стола. На полке взяла банку с высушенными измельчённым листьями и побегами ройбоса. Пока заваривался травяной чай, Лиссандра переключила внимание на Клотильду, оценивая состояние женщины.

Аура Клотильды выглядела рваной и истончённой, как у тяжелобольного.

Женщина сидела за столом, втянув голову в плечи, и испуганно таращилась на герцогиню. Лиссандра сцепила руки в замок на столе, не делая резких движений. Было ощущение, что баронесса сейчас вскочит и убежит.

— Вас что-то тревожит? — спокойно спросила Лисса, как спрашивала бы у любого посетителя.

— Не-нет, — заикаясь, отвечала баронесса. — Вы… вы ничего не сделаете мне и моему ребёнку? Вы не заберёте его у меня? Зачем он вам?

Лиссандра опешила от подобного вопроса. Присмотрелась к баронессе. Та выглядела потерянной и расстроенной. Чего она добивается? Совсем недавно в кабинете герцога баронесса безмятежно щебетала и не казалась озабоченной судьбой ребёнка.

— Что значит зачем? Если это ребёнок герцога Гренстона, то он по закону принадлежит отцу.

Лиссандра не понимала, какую игру затеяла Клотильда. Сейчас она выглядела, как жертва, которую к чему-то принуждают.