Я стоял за большим столом с картой в переговорной. Клык лежал у меня на плечах: его хвост обвивал руку, а остальная часть его туловища покоилась на моем теле. Он весил не менее двухсот фунтов, но дополнительный вес меня не беспокоил, если он распределялся по телу. Его голова была рядом с моей, и он смотрел на карту так, словно тоже мог ее прочитать.

– Лариса будет нас сопровождать.

Вайпер посмотрел на меня через стол, его взгляд был твердым и непоколебимым.

– Зачем?

– Оставлять ее здесь – плохая идея. Они пришли один раз – придут снова.

– Неважно, придут ли они, если я буду ее защищать.

Я посмотрел на карту между нами.

– Я принял решение.

Я поднял глаза и встретился с его взглядом.

– И оно глупое.

Я прищурился.

Он тоже.

– В чем дело, Кингснейк?

Я схватился руками за край стола.

– Нести горячий ужин прямо в логово волков – плохая идея.

– Мы не возьмем ее с собой. Она будет ждать в лесу.

– Без защиты?

– Мы оставим охрану с ней. Мы выведем ее из города так, чтобы все думали, что она осталась здесь.

Вайпер продолжал смотреть на меня таким же холодным взглядом:

– Я генерал армии Грейсона, но ты сомневаешься в моих способностях.

– Я не сомневаюсь…

– Тогда что это значит?

Он никогда бы не говорил со мной так в компании других, но теперь, когда мы остались одни, он высказывал свое мнение самым откровенным образом.

Ты можешь доверить-с-с-с-с-я ему.

Я не могу никому доверять.

Вайпер ждал моего ответа.

Ответить мне было нечего.

Глаза Вайпера прищурились еще сильнее, намекая на то, что он обиделся.

– Ты не можешь доверять своим подчиненным, особенно когда искушение слишком велико, но ты можешь доверять мне. Не потому, что я генерал, сражающийся плечом к плечу со своими солдатами, а потому, что я твой брат. Другие могут нанести тебе удар в спину, чтобы забрать то, что принадлежит тебе, но я бы никогда этого не сделал.

Он всегда был немногословным мужчиной, но ему удалось пронзить мое сердце через броню.

– Я не сомневаюсь в твоих намерениях…

– Только в моей выдержке.

Я оставил руки на краю стола, пытаясь найти правильный способ вести этот разговор. Рвать и метать было бы легко, но и это не по-королевски.

– Можешь ли ты винить меня после того, что случилось с Элласарой?

Я назвал ее имя – имя, которое я не произносил черт знает сколько.

Вайпер никак не отреагировал, его лицо оставалось жестким, как и всегда, но под этой нейтральной маской скрывался огонь.

– Это было давно…

– Не для нашего вида.

Непоколебимость осталась, но теперь в его глазах читался гнев:

– При других обстоятельствах.

– Ты ненавидел меня. Да, я помню.

Теперь он раздраженно вздохнул и почесал шею.

– Меня довольно легко возненавидеть, так что это может случиться снова.

– Кингснейк.

Его фразы были короткими, а терпение – еще короче.

– Вайпер.

– Ты будешь вечно меня наказывать?

– Ты сам поднял эту тему.

– Значит, ты все это время обижался на меня.

– Я не обижаюсь на тебя, – сказал я. – Но я был бы не очень хорошим королем, если бы не извлек уроков из прошлого.

– Она будет рисковать гораздо сильнее, если пойдет с нами.

– И она подвергнется еще большему риску, если меня не будет рядом.

Он подошел ближе к столу, в доспехах и красном плаще.

– У тебя не было проблем с этим несколько дней назад. Что изменилось?

Я не произнес ни слова, но воспоминания пронеслись у меня в голове, настолько горячие, что внутри меня напряглось. Слезы. Поцелуи. Крики. Это было лучше бесконечных фантазий, охвативших меня с того момента, как я впервые вкусил ее кровь.

В его глазах появилось понимание:

– Все ясно.

Я не подтвердил и не опроверг, и не потому, что я джентльмен, а потому что я чертов собственник, отстаивающий свою территорию.

– Тогда тебе есть что терять.

– Ответ – нет, Вайпер.

В его глазах отразился гнев, но он не стал спорить дальше.

– Подготовь солдат к нашему отъезду. Выходим с наступлением темноты.

* * *

Когда я вернулся в спальню, Лариса лежала в постели обнаженная – точно так же, как и перед моим уходом. Тогда наше свидание затянулось до глубокой ночи, поэтому она почти не спала. Сейчас же был полдень, и а она все еще была в отключке.

Я хотел дать ей отдохнуть, но нужно было подготовиться.

– Лариса.

Я стоял у кровати и смотрел на нее сверху вниз: она схватила все одеяла и обернула их вокруг своего тела, будто ни с кем не делила постель.

Ее брови слегка сдвинулись, но глаза она держала крепко зажмуренными.

– Лариса, – я ужесточил голос.

Она застонала, как ребенок, и перевернулась:

– Оставь меня в покое…

Я схватил простыни и дернул их.