Она видела повреждения раньше в зеркальных обрывках, но не так. Там всё исчезало быстро. Здесь женщина дышала, моргала, двигала губами. Шрам был живым.

— Что? — спросила Лиана. — Не нравится работа Кассиана?

Селеста вздрогнула.

— Я не…

— Не начинай.

Лиана подняла ладонь.

— Если пришла рассказывать, что не знала, сразу уходи.

Селеста сжала пальцы.

— Я не знала всего.

— Это другое.

— Да.

Лиана посмотрела внимательнее.

Селеста всё-таки села.

Между ними стоял маленький стол.

На нём лежало зеркало.

Селеста заметила и отвела глаза.

— Когда всё началось, я правда не понимала, — сказала она. Слова звучали заранее подготовленными, хотя она никому их не репетировала. — Кассиан говорил, что это усиление. Что можно перенять отдельные черты, не отнимая их у другого человека полностью.

Лиана кивнула.

— Верю.

Селеста замерла.

— Что?

— Верю, что сначала ты не знала.

От этого стало почему-то хуже.

— Потом начала догадываться, — продолжила Селеста. — Когда появились воспоминания.

— Мои.

— Да.

— И родинка.

— Да.

— И голос.

Селеста стиснула зубы.

— Да.

Лиана смотрела спокойно.

Без крика.

Без ярости.

Селеста почти хотела, чтобы она закричала.

— Когда ты поняла точно? — спросила Лиана.

Селеста отвела взгляд.

— Не знаю.

— Знаешь.

— Всё происходило постепенно.

— Я тоже постепенно умирала. Дату назвать могу не для каждой части.

Селеста почувствовала боль.

— Не надо.

— Ты пришла меня убить, а я должна беречь твои чувства?

Слова прозвучали без злости.

Это было хуже.

Селеста посмотрела.

— К моменту той комнаты, — сказала она. — Когда были люди. Кольцо. Адриан.

Лиана не двинулась.

— Тогда знала?

— Да.

— Что у меня забирают имя?

— Да.

— Что для меня всё может закончиться смертью?

Селеста молчала.

Лиана ждала.

— Кассиан говорил, что ты уже почти не удерживаешь связь, — сказала Селеста. — Что после завершения…

Она остановилась.

— После завершения что?

— Тебя почти не останется.

Лиана кивнула.

— Значит, знала.

Селеста закрыла глаза.

— Да.

Тишина.

С улицы донёсся шум колёс.

Кто-то прошёл по коридору.

Обычный вечер.

— И всё равно согласилась, — сказала Лиана.

Селеста открыла глаза.

— Да.

Вот это оказалось самым тяжёлым словом за последние недели.

Не «Лиана».

Не «Селеста».

Да.

Лиана медленно кивнула.

— Хорошо.

Селеста нахмурилась.

— Ты всё время говоришь «хорошо».

— Потому что теперь хотя бы не врёшь.

— Я не прошу прощения.

— Прекрасно.

Лиана слегка откинулась на спинку стула.

— Я и не собираюсь прощать.

Селеста почувствовала раздражение.

— Я не сказала, что заслуживаю.

— Тогда о чём спор?

— Не знаю!

Она встала.

Слишком резко.

Стул ударился о пол.

Лиана не дрогнула.

— Ты сидишь и смотришь так, будто всё уже поняла, — сказала Селеста. Голос стал выше, и на последних словах неожиданно прорезалась её старая интонация. — Будто я просто однажды решила: да, убей жену, мне нужен её дом.

Лиана подняла глаза.

— Нет.

Селеста замолчала.

— Ты долго к этому шла, — продолжила Лиана. — Сначала влюбилась в женатого мужчину. Потом решила, что его брак уже умер. Потом поверила, что берёшь только то, чем я всё равно не пользуюсь.

Селеста побледнела.

Это были её мысли.

Не украденные.

Собственные.

— Потом стало поздно отступать, — сказала Лиана. — Потом жалко потерять то, что уже получила. Потом ты решила, что если я всё равно исчезаю, глупо отказываться от победы.

Селеста смотрела.

— Откуда…

Она не закончила.

Лиана усмехнулась.

— Потому что люди не так уж оригинальны.

Селеста села обратно.

Силы внезапно ушли.

— Да, — сказала она тихо. — Именно так.

Лиана отвернулась к окну.

— Хорошо.

— И тебе этого достаточно?

— Для чего?

— Чтобы ненавидеть.

Лиана задумалась.

— Я ненавижу то, что ты сделала.

Селеста ждала.

— А тебя?

Лиана пожала плечами.

— Не знаю.

Ответ удивил.

— Почему?

— Потому что на ненависть к тебе у меня сейчас слишком много другой работы.

Селеста невольно усмехнулась.

Потом лицо снова стало серьёзным.

— Ты могла сказать, что я заслужила.