— Я чувствую его своим, — продолжила она. — Вот что страшно.

Голос сорвался.

— Я помню жар. Озеро. Волка. Сломанное окно. Я смотрю на него и люблю.

Она закрыла глаза.

— Но эти чувства пришли от другой женщины.

Лиана стиснула руки.

— Не все обязательно.

Селеста посмотрела.

— Может быть.

— Ты могла привязаться сама.

— Может быть.

— Не отдавай то, в чём не уверена.

Селеста усмехнулась через слёзы.

— Ты всё ещё меня останавливаешь.

— Да.

— Почему?

Лиана помолчала.

— Потому что не хочу стать им.

Кассиан отвернулся.

Селеста смотрела долго.

— Я уверена в одном, — сказала она наконец. — Я не хочу называться его матерью.

Адриан поднял глаза.

Селеста повернулась к нему.

— Не потому, что мне всё равно.

Мальчик молчал.

— Именно потому, что не всё равно.

Она вытерла щёку.

— Когда ты от меня отстранялся, мне было больно. Я злилась. Обижалась.

Селеста тяжело выдохнула.

— И часть этой боли могла быть твоей матери.

Она посмотрела на Лиану.

— Я не хочу удерживать её только потому, что мне страшно потерять любовь к тебе.

Адриан побледнел.

— А если потеряешь?

Селеста закрыла глаза.

— Тогда, значит, потеряю.

Мальчик смотрел.

Она открыла глаза.

— Прости.

Он ничего не ответил.

Но не отвернулся.

Кассиан резко сказал:

— Хватит.

Все посмотрели.

Он стоял у стола, лицо стало жёстким.

— Это бессмысленно.

Роэн усмехнулся.

— Тебе особенно.

Кассиан повернулся.

— Ты вообще не понимаешь, что значит разорвать глубокую связь.

— Поэтому мы и пригласили специалиста.

Роэн кивнул.

— Поздравляю.

Лиана почти улыбнулась.

Кассиан не оценил.

— Я не буду участвовать.

Селеста подошла.

— Тогда я попробую без тебя.

Он побледнел.

— Ты умрёшь.

— Возможно.

— Селеста.

— Что?

Он схватил её за плечи.

— Я не позволю.

Она замерла.

Потом медленно посмотрела на его руки.

— Вот опять.

Кассиан отпустил.

— Я пытаюсь сохранить тебя.

Селеста рассмеялась.

На этот раз собственным, высоким смехом.

Все услышали.

Она тоже.

Замолчала.

— Нет, — сказала Селеста. — Ты пытаешься сохранить то, что сделал.

Кассиан побледнел.

— Я любил тебя.

Она смотрела.

— Когда?

Вопрос вернулся.

Теперь другой женщиной.

Кассиан понял.

— Не начинай.

— Когда ты любил Селесту?

Он молчал.

— До голоса?

— Да.

— До родинки?

— Да.

— До воспоминаний?

— Да.

— Тогда что тебе нравилось?

Кассиан раздражённо ответил:

— Ты была живой. Лёгкой. Смотрела на меня…

Он остановился.

Селеста усмехнулась.

— Как она.

Лиана почувствовала холод.

— Я не сказал.

— Но подумал.

Кассиан отвернулся.

Селеста кивнула.

— Достаточно.

Она сняла с ушей жёлтые серьги.

Положила на стол.

Потом взяла шкатулку матери, которую принесла с собой.

— Начинаем.

Роэн встал.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что если процесс пойдёт через Кассиана, нужна его система.

Лиана посмотрела.

— Тайная комната.

Он кивнул.

Кассиан резко сказал:

— Нет.

Роэн усмехнулся.

— Мы можем долго повторять.

Лиана подошла к мужу.

— Открой.

— Нет.

— Тогда Селеста попытается здесь.

Кассиан побледнел.

— Это шантаж.

— Да.

Лиана не улыбнулась.

— Наконец ты правильно назвал вещь.

Он смотрел.

Потом на Селесту.

Она не отвела глаз.

Кассиан проиграл первый раз не потому, что его заставили силой. Потому что страх за созданное им оказался сильнее желания сопротивляться.

— Хорошо, — сказал он.

Лиана услышала собственное раздражение на это слово и почти рассмеялась.

До дома Вейров они дошли перед рассветом. Адриан пошёл с ними, несмотря на попытки Кассиана запретить. Роэн нёс книгу. Селеста шла одна, не позволяя никому брать себя под руку. Лиана держалась рядом. Они не разговаривали.

В тайной комнате всё осталось так, как вчера. Полки. Зеркала. Нити. Десятки вещей.

Кассиан встал у центрального стола.