— Прикинь, Забава в больнице, — ошарашивает новостью Алекс. Удивленно смотрю на него. Я утром видел Марка, все было в порядке.

— Надеюсь, ничего серьезного, — озвучивает мои мысли Максим. Закончу все здесь и зайду к Ермолаеву, пусть колется, что у него с невестой случилось.

— Ты уже прочитал? — Алекс кивает на папку, что держу в руках.

— К себе вернусь сначала.— Изучать подобного рода информацию предпочитаю в спокойной обстановке, без суеты и спешки. Я слишком долго ждал. Еще немного подожду.

— Обрати внимание на личность ее жениха, — говорит Стрелецкий. — Весьма скользкий тип.

— Жениха? — Оля замуж собралась? Как интересно…

— Свадьба через полтора месяца .— Алекс обозначает сроки. — Так что я бы на твоем месте поторопился.

— Потороплюсь, — ухмыляюсь, предвкушая реакцию Оли на нашу скорую встречу. — Торковским не говорите о том, что выяснили, — прошу парней.

— Я не собираюсь влезать в ваши семейные разборки, — умывает руки Майоров.

— Дава и Тор не дураки. Они прекрасно понимают, что ты найдешь Ольгу.— Стрелецкий смотрит на вход в кафе. — А вот и Давид. Легок на помине.

Поворачиваюсь и вижу друга. Он кивает нам в знак приветствия, говорит что-то Вике и направляется в нашу сторону.

— Обедаете? — внимательно смотрит на нашу компашку. Дава не дурак, прекрасно понимает, для чего мы все собрались.

— Что ж нам еще делать? — ухмыляется Майоров. — Заработались. Проголодались.

— Оно и видно.— Торковский не отрывает взгляда от папки, что лежит на столе. — А это, должно быть, меню? — тянет к ней свои руки. Я в последний момент успеваю столь ценную улику убрать.

— Это конфиденциальная информация, — отрезаю.

— Да ладно? — выгибает бровь. Он обо всем догадался.

— Именно, — сверлим друг друга свирепыми взглядами.

— Отойдем, — показывает чуть в сторону,— поговорим?

Обстановка накаляется с каждой секундой. Дава не в восторге от того, что я в курсе про Олю, а я уже начинаю жалеть, что не успел прочитать принесенный Алексом материал.

— Добрый день.— К нам подходит Вика. Она, сама того не зная, спасает ситуацию. — К вам можно? — улыбается.

— Конечно, можно! — Майоров поднимается, двигает стул так, чтобы Вика и Давид могли сесть.

Я быстро допиваю кофе, прощаюсь с друзьями и спешу убраться отсюда как можно быстрее. Мне нужно успеть прочитать все до того, как ко мне в кабинет ввалится Дава. Он не успокоится, пока не вынесет мне мозг.

Выхожу из булочной Забавы, спешу в офис, но в самый последний момент сворачиваю на парковку. Сажусь в свое авто, трогаю с места.

Пусть Давид переворачивает весь город! Мне пофиг! Нечего было скрывать Олю и детей от меня!

Останавливаюсь на первом светофоре, открываю папку, оттуда падают фотографии. Поднимаю, присматриваюсь. Дочки… У меня две прелестные дочери!

Мои хорошие… Не могу отвести глаз от своих принцесс.

Сзади сигналит стоящая за мной машина, на светофоре зеленый. Откладываю фото в сторону и давлю на газ.

Олечка, ты замуж собралась? За говнюка последнего? Можешь даже не пытаться! Я не позволю тебе совершить самую ужасную ошибку в своей жизни. Ни один гад и близко не подойдет к моим дочерям!

Нахожу адрес, читаю. Губы расплываются в довольной улыбке.

Да ладно?! Я и подумать не мог, что все окажется настолько легко!

Давлю на газ. Ускоряюсь.

Сотовый разрывается от звонков.

— Не хочу! Не буду! — топает ножкой Алиса, откидывая куртку в сторону. Я терпеливо ее поднимаю с пола.

— Нужно одеваться, — обращаюсь к дочери. — За нами скоро приедут.

Но малышка не отступает. Она скрещивает руки на груди и отворачивается в сторону. Обиделась, не смотрит на меня.

Растить дочерей без отца тяжело, и, если честно, я еле справляюсь. Если бы не помощь мамы, то не представляю, что было с нами сейчас. Работа, кружки, детский сад, болезни… Проблемы наваливаются и нарастают, как снежный ком. В одиночку не разобрать.

Мама в первые месяцы после родов приехала ко мне на помощь, затем братья купили ей квартиру в соседнем подъезде, и она осталась жить здесь. Мы вместе занимаемся девочками, но живем врозь.

Олеся и Алиса —замечательные, добрые малышки. Но как упрутся, так хоть вой. С места не сдвинуть и не переубедить. Эх…

Был бы у них отец, все могло быть иначе. Но увы и ах, его нет.

Макар оказался самым последним козлиной, а Ипполита девочки не принимают. И что с этим делать, я просто не представляю.

Подхожу ближе к доченьке, смотрю на нее сверху вниз и вздыхаю. Иногда договориться с девочками становится просто нереально тяжело.

Две маленькие упрямые барашки. Как в голову втемяшится что-то, так вовсе труба.