– Ты есть ты готова так легко отказаться от того, что с тобой произошло?

– Нет, конечно. Но и не хочу, чтобы полиция меня в дурку отправила. Нет на камерах, значит нет. Это игра, Мира.

– Извини, я думала, ты серьёзно, решила, что мы вместе спятили.

– Ладно, проехали, что там твоя Даша?

– Так, вот Даша описала его внешность и манеру держаться. – Мира устало потёрла виски, где начинала пульсировать подступающая к её голове боль. – Высокий, чёрное пальто, вежливый, серьёзный. Это же он.

– А может, это вообще Лев? – осторожно предположила Соня. – Ну сама подумай, вчера он расспрашивал тебя о девичьей фамилии прабабушки. Сегодня кто-то в приметном чёрном пальто заказывает кофе и старательно изображает из себя Марка. Что, если кто-то специально создаёт впечатление, будто это Марк? Чтобы отвести подозрения от себя?

Мысль была новой, и от неё не стало легче, а стало страшнее. Что, если весь вчерашний вечер, а именно свечи, признания, обещания заботы, были лишь частью плана? Усыпить бдительность. Отвести взгляд от настоящего источника опасности.

Но кто тогда настоящий источник? Человек, которого нет на записях камер? Или человек, который весь вечер держал её за руку?

Телефон Сони завибрировал.

– Предварительные результаты. – лицо Сони в миг побледнело. – Мира, это очень плохо.

– Что там?

– В порошке концентрированный экстракт растения, токсичный для человека. – Соня читала медленно, голос подрагивал. – Одна доза не смертельна. Но со временем его накопление приведёт к серьёзным нарушениям работы сердца и нервной системы, вплоть до летального исхода. Смерть при использовании данного токсического вещества легко списать на естественные причины.

Значит, не разовое покушение с немедленным результатом. Кто-то явно готовил медленное, тщательно замаскированное отравление, растянутое во времени так, чтобы смерть выглядела естественной. Чтобы не вызвала вопросов даже у самого дотошного следователя.

Этот некто рассчитывал приходить в её жизнь изо дня в день. И щепотка за щепоткой травить Миру любимым кофе, или просто своим присутствием.

– Едем в полицию. – Соня решительно поднялась. – С этими результатами у нас есть физическое доказательство покушения. И неважно, что показывают их камеры. Может они у них бракованные.

* * *

В участке Мира, сжимая заключение экспертизы и злополучный пакетик, потребовала встречи с капитаном Рыбаковым. Тот, только увидев лица девушек и данные токсикологической экспертизы тут же пригласил их к себе в кабинет.

– У меня доказательства покушения на отравление. – Мира выложила документы на стол. – Сегодня утром в кофейне, которую я часто посещаю, до моего прихода кто-то заказал для меня кофе и попросил добавить в него данное вещество, представившись моим другом. К счастью, я не стала ничего пить. Вот это заключение подтверждает его токсичность.

– Это меняет дело, – Рыбаков взял бумаги в руки, чтобы ознакомиться с их содержанием. – Это уже уголовное преступление, девушки, а не личные показания о преследователях.

Капитан тут же отдал несколько распоряжений по внутреннему телефону, а потом повернулся к Мире.

– Расскажите всё, что бариста сообщила о человеке, оставившем заказ.

Мира пересказала, всё, как и сказала ей Даша, что это был высокий мужчина в тёмном пальто, черные глаза, вежливый, серьёзный, представился хорошим знакомым, попросил добавить особую специю из экзотической страны.

– Я допрошу сотрудницу лично, пока детали свежи. – Рыбаков поднялся. – Вы поедите с нами.

В кофейню отправились вчетвером. Мира, Соня, Рыбаков и его молодой напарник. Бариста Даша, увидев делегацию, заметно занервничала, её невинная, как ей казалось, услуга оборачивалась полицейским расследованием.

– Расскажите подробно о мужчине, который утром заказал кофе для этой женщины, – попросил Рыбаков, раскрывая блокнот, и к его чести, не рассматривающий во все глаза цвет волос и татуировки девушки, как делали люди его поколения. – Внешность, манера говорить, любые особенности.

Даша, нервничая под пристальными взглядами, повторила всё то, что рассказала Мире ещё утром.

– Может быть он представился? – неожиданно спросил Воробьёв.

– Да. – Даша растерянно кивнула. – Как же я могла забыть такое. Сказал, его зовут Марк. Что он давний друг Миры.

Никакая родная и любимая кофейня своим теплом и светом не могла остановить рвущийся изнутри ледяной шар. Марк. Тот самый, что дважды выдёргивал её из-под смерти, грел замёрзшие руки в переулке, поцеловал. Он хотел её отравить? Можно придумать способ проще, для человека, которого не видят камеры, это не составит никакого труда.

– Даша, ты уверена? – Мира отчаянно цеплялась за возможность ошибки. – Может, неправильно расслышала?