– Слава богу. – Мира добежала, упала на колени рядом и принялась распутывать верёвки. Пальцы дрожали, узлы поддавались не сразу. – Ты ранена?

Как только руки были свободны, Соня обхватила Миру за плечи, и несколько секунд они просто держались друг за друга, и обе плакали.

– Это Лев, – прошептала Соня сквозь слёзы. – Вот тебе и намётанный глаз. Я узнала правду, Мира.

– Что именно? И где он сейчас? – Мира помогла ей подняться, ноги Сони затекли, и она качалась от слабости.

– Знакомая из паспортного стола нашла. – Соня говорила торопливо и постоянно сбивалась, хватая ртом воздух. – Человек, которого мы знаем как Лев Шаховской, менял документы десятки раз. Каждый раз новое имя, но одна фотография. Чуть подправленная, будто он искусственно старил внешность, чтобы не вызывать вопросов. Мира, первое зарегистрированное имя было в тысяча девятьсот тридцать седьмом году.

Соня судорожно сжала руку Миры, озираясь в темноту. – И ещё, человек с похожим описанием появлялся в разных городах на протяжении десятилетий. И каждый раз, незадолго до гибели молодой женщины при загадочных обстоятельствах.

– Как ты здесь оказалась?

– Он позвонил. – Соню передёрнуло. – Сказал, что хочет обсудить что-то важное о тебе. Я даже не поняла и не помню, что он мне говорил. Это было как гипноз. Я была уверена, что должна поехать. И поехала одна. Никому не сказала. Дура, господи, какая дура… Как только я вошла сюда… Он, он… сказал, что ему придётся принять меры, чтобы я не помешала.

– Чему?

– Сказал, что предупреждал меня, чтобы я не лезла. А я забралась слишком глубоко. И теперь я помеха для него и тебя.

– Что он сказал обо мне?

Соня набрала воздуха в грудь, собираясь с силами:

–В новолуние, сегодня ночью, когда граница между мирами тоньше всего, он проведёт ритуал, который навсегда…

Откуда-то за стенами ангара донеслись шаги. Медленные и уверенные, они звучали гулким эхом от высоких пустых стен.

Мира и Соня замерли, вглядываясь в темноту.

Дверь ангара распахнулась шире с протяжным скрипом, впуская порыв морозного воздуха и знакомый мужской силуэт. Это был Лев, и не Лев одновременно.

Перед Мирой появился холодной до отвращения человек, лишенный присущего ему обаяния и мягкости, или вернее было сказать не человек. Маска, которую Шаховской носил все эти месяцы, спала. И то, что открылось под ней, было старше и опаснее всего, что Мира могла себе представить.

Глава 31. Истинное лицо

– Как трогательно. – холодное лицо Льва оскалилось подобием улыбки. – Подруга спешит на помощь подруге. Право, не будь я занят подготовкой к сегодняшней ночи, то растрогался бы от умиления.

– Что вам нужно? – Мира встала между ним и Соней, высвечивая его фонарём с телефона. – Отпустите её. Она не причём.

– В этом и ошибка, милая Мира. – Лев неспешно двинулся вперёд и даже не щурился от яркого фонаря. – Ваша подруга оказалась на редкость настойчивой. Узнала слишком много и слишком быстро. Сядь, – бросил он Соне, не повышая голоса и не глядя на неё, как говорят собаке.

– Пошёл к чёрту, – хрипло ответила Соня.

То, что произошло дальше, заняло меньше секунды. Только что Лев стоял в пяти шагах перед ними, и вот он же стоит за спиной Сони и вдавливает её в металлический стул, и верёвка, которую Мира сама распутывала дрожащими пальцами долгие минуты, ложится вокруг запястий Сони быстрыми, аккуратными витками.

Мира била наотмашь, но рука упёрлась в его свободную ладонь, поднятую в её сторону. Лев даже не коснулся её. Воздух перед ладонью словно превратился в невидимый щит, и не пропустил удар. А затем щит стал давить, и Мира была вынуждена отступить на добрую десятку шагов, от него, от Сони.

– Не надо, – почти ласково сказал Лев. – Сегодня всё пройдёт спокойно и красиво, если никто не будет суетиться.

Шаховской выпрямился, отряхнул ладони и пошёл вдоль стены, вглубь склада. Там, куда не доставал свет из окон, Мира только теперь увидела, что на бетонном полу, расчищенном от мусора, тянулась широкая дуга белых знаков. Угловатые, вытянутые символы. На языке из её альбома, со склепа, из снов. Вдоль стены стояли свечи в тяжёлых подсвечниках, ещё не зажжённые, и что-то ещё в углу скрывал брезент.

– Наша встреча в галерее, – произнесла Мира. – Она не была случайной.

– Разумеется, нет. – Лев присел у дуги символов и провёл пальцем вдоль одного из знаков, словно хотел проверить безупречность линии. – Я знал о вас задолго до презентации. Мастерская, профессия, привычки, подруга, которая мечтает устроить вашу личную жизнь. Люди предсказуемы, Мира. Я издал книгу и выбрал галерею, зная, что Соня вас туда непременно приведёт. Оставалось стоять у правильной фотографии.

– А Реброва, это тоже вы?