Можно было соврать, и даже никто не осудил бы, наверное, но Даша не смогла.
— Да.
— Может пообедаем где-то вместе?
— Я не хочу видеть Артёма сейчас, Лиль. И если это он попросил, скажи, что свою заботу может держать…
— Это не Артём, Дашуль. Со мной пообедаешь? Обещаю, заботу навязывать не буду…
Лиля говорила очень осторожно, доброжелательно, ласково. Настолько, что отказать ей было практически невозможно, да и не хотелось, если честно. Даше казалось, что если она и может получить сейчас хоть какую-то поддержку от родных, то только от Лили. Любящей, но не ослепленной желанием гиперопекать.
— Хорошо, давай. Во сколько и где?
— Давай в Ханни, в два. Успеешь?
— Да. До встречи.
— До встречи, Даш…
Красновская скинула, затаила дыхание на секунду, а потом выдохнула. Поняла вдруг, что эта встреча ей сейчас очень нужна. И не только потому, что Лиля — это человек, с которым можно будет поговорить по душам, но и потому, что кроме как от нее, узнать о Дине сейчас ей больше не у кого. А узнать надо.
Первой на месте была Лиля, Даша же все же немного опоздала. Машина осталась стоять рядом с родным домом, пришлось брать такси, а потом немного тянуться в пробке. Зато появилось дополнительное время, которое Даша попыталась потратить с пользой — решить, что хочет спросить у Лили касательно Дины. Что можно спросить у Лили. Что не будет предательством относительно Стаса, который… Для которого тема почти бывшей жены еще очень болезненна, и поднимать ее он явно не готов.
— Привет, Носик…
Лиля улыбнулась, увидев у входа в кафе Дашу, привстала, коснулась губами подставленной золовкой щеки, взглядом окинула… И сама не знала, что ожидает увидеть, а увидела обычную Дашу. Ту же, что была с Богданом на Дне рождения Софьи Леонидовны. Ту же, которая разом поставила всех на уши и перевернула все с ног на голову своим внезапным заявлением о том, что замуж не выйдет…
— Привет, Лиль. Извини за опоздание.
Даша села напротив, уткнулась взглядом в меню. Есть не хотелось, но и смотреть прямо в глаза Лиле сейчас было стыдно. Даже когда знаешь, что все делаешь правильно, все равно неловко перед теми, кто так не считает. Во всяком случае, пока.
— Брось, Дашка. Это не опоздание.
Они заказали чай и пирожные. Больше для виду, чем из желания вкусно поесть, а когда официант отошел, обе замялись. Даше сходу захотелось оправдаться, но она понимала, как это глупо, поэтому держалась. Лиля же не знала толком, с чего начать. Но она ведь старше, опытней, в конце концов, это она пригласила, поэтому заговорила.
— Я не буду читать тебе нотации, Даш. Даже выпытывать не стану, просто… Если все так, как Артём говорит…
— А что он говорит? — по Дашиному плану она не должна была перебивать, нервничать и злиться, но, видимо, переоценила себя — не сдержалась практически на первом слове.
— Что вы со Стасом начали… Встречаться, — пауза между двумя последними словами дала понять, что Лиля подбирает слова, Артём же, скорей всего, выразился иначе. — Что после разговора с Богданом ты поехала к нему. Что… Господи, зачем я деликатничаю? Он злой, как черт, Даш! И не слушает совершенно. Я пыталась вразумить, объяснить, что это не его дело. Вот абсолютно не его! Но он не слушает. Вбил себе в голову, что вы…
— Херню творим… — видно было, что Лиля снова стопорит себя, не желая произносить слова, способные ранить, поэтому Даша решила облегчить участь.
— Да. Сказал, что ноги Волошина больше не будет в нашем доме…
Лиля говорила достаточно искренне и эмоционально, чтобы не возникало сомнений — ее это гложет, она не согласна, но… Даша слишком хорошо знала брата, чтобы не понимать — переубедить его нереально. Пока злится — нереально. А когда успокоится (и успокоится ли вообще) — вопрос.
— А моя нога? Я тоже нежелательный гость теперь? — Даша хмыкнула довольно горько, мысленно иронизируя о том, что любовь и опека брата в какой-то момент, похоже, совсем потеряла берега… Разве он имеет право злиться? На нее и Стаса? Какое? С чего вдруг? По какому праву?
— Даш, не говори глупостей. Я даже слышать о таком не хочу, — Лиля же восприняла всерьез, потянулась через стол к ее руке, своей накрыла, дождалась, пока сестра мужа взгляд поднимет, улыбнулась, как только могла тепло. — Это все временно. Вы сейчас запутались все. Не ожидали. К другому готовились. Вот и взрывы эти бесконечные… — Лиля передернула плечами, явно вспоминая один из таких «взрывов», а Даше стыдно стало, что, получается, она-то сбежала, а у других такой возможности нет. У той же Лили, у родителей… Они должны… Сами что-то в голове складывать, принимать звонки от родителей Богдана, а может и ему звонить, раз дочь их игнорирует.