Бабушка прищурилась. Ее взгляд стал острым, как скальпель.

— Лия. А когда у тебя последний раз были... ну, эти дела?

Я замерла с вилкой в руке.

— Бабушка!

— Что «бабушка»? Я дело говорю. Ты замужем два года, зелья варишь, с мужем спишь регулярно — я не слепая. А теперь еще и тошнит.

Я открыла рот и закрыла. Счет в голове пошел сам собой. Две недели? Три?

— Ох, — выдохнула я.

Бабушка удовлетворенно кивнула.

— Иди проверяй. У меня в шкафчике синяя коробочка. Работают безотказно.

Арвин, наблюдавший за этим, наконец не выдержал:

— Что происходит?!

— Сиди, командир, — отмахнулась бабушка. — Потом объяснят.

Через десять минут я сидела на краю ванны, сжимая тест с двумя полосками, и ревела в три ручья.

— Лия! — раздалось снизу.

Я спустилась в гостиную. Арвин стоял у окна, напряженный, как струна.

— Лия? Что случилось? Ты плачешь?

— Не плачу! — выпалила я. — И вообще, не смотри, блин!!

— Да как не смотреть, — он шагнул ко мне, — когда ты прямо перед моими глазами слёзоразлив устроила?

— Ну так ослепни на минуту!!! Ууу, глазастый!!!

Он совершенно серьезно закрыл глаза ладонями и сделал шаг назад, наткнувшись на кресло.

— Понял... Ослеп. Могу даже уйти.

Я сквозь слезы рассмеялась и бросилась к нему.

— Дурак! Никуда ты не уйдешь!

— Тогда скажи, что случилось.

Я подняла голову, посмотрела в его встревоженные глаза и улыбнулась.

— Арвин... мы будем родителями.

Он замер. Потом подхватил меня на руки и закружил по комнате.

— Я люблю тебя, Лия Кейн. Безумно люблю.

— Я знаю, — ответила я. — Я тоже тебя. И нашего будущего маленького хулигана.

— Почему хулигана?

— Потому что с такими родителями у него нет шансов быть спокойным.

Он рассмеялся и поцеловал меня.

Из кухни донеслось бабушкино ворчание:

— Баксик, сейчас будем пить за здоровье будущего поколения. И лосося тебе дам.

— Я знал это еще две недели назад, — донеслось в ответ. — От нее пахло по-другому.

— И молчал?!

— Ждал драматического эффекта.

Я зарылась лицом в грудь Арвина, пряча смех.

— У нас безумная семья.

— Знаю, — ответил он, целуя меня в макушку. — И не хотел бы другой.

*******

Поздним вечером, когда дом затих, Баксик устроился на своем любимом подоконнике в кабинете. Снаружи мерцали звезды, внутри потрескивал камин. Идеальная тишина. Идеальное тепло.

Он обвел взглядом комнату: кресло, где Лия любила читать, заваленное бумагами, стол Арвина, на котором по-прежнему царил идеальный порядок (безнадежный случай), и дверь, ведущая в спальню, откуда доносилось тихое дыхание двух самых важных людей в его жизни. Людей. Он поймал себя на этом слове и фыркнул. Ну, почти людей. Один — ледышка с командирскими замашками, вторая — ведьма, которая до сих пор не научилась нормально готовить рыбу.

Но они были его. Его семья. Его стая.

«Маленький хулиган, — подумал он, вспоминая сегодняшние новости. — Интересно, от кого это в ней? Хотя ладно, не важно. Главное, чтобы рыбу любил».

Он зевнул, свернулся клубочком и закрыл глаза.

Где-то в спальне тихо вздохнула Лия. Арвин что-то пробормотал во сне.

Баксик довольно замурлыкал.

В этом доме всё было правильно.

КОНЕЦ.