– Тебе четырнадцать, – сказал магистр, укладываясь на нижней полке полностью занятого нами купе, – И ты ничему не обучался. Это будет смягчающим обстоятельством.

Дастин кивнул, хотя не было заметно, что его это сильно утешило. Ему с Аланом достались верхние полки, но во время обеда они спустились вниз. Магистр как раз дочитывал свою почту.

– Появилось еще одно дело, – сказал дель Моро задумчиво. – Нужно будет выйти по пути в Инаре. Ты как, Элла, не против задержаться на пару часов? Как раз тогда поедем на вечернем поезде и утром будем столице.

Я равнодушно кивнула. Так даже лучше, потому что наш поезд должен был приехать в столицу посреди ночи, что выходило не очень-то удобно. Мисс Коркинс, хозяйка доходного дома, где я снимала комнату, закрывала входную дверь с полуночи до шести утра, блюла честь своего заведения.

Внезапно через застежку моего саквояжа тоже начало пробиваться свечение почтовой шкатулки. Алан, в этот момент достававший из сумки взятые в дорогу продукты, подал саквояж.

В шкатулке было даже два письма, от мамы и от третьего брата, Брендана, он единственный жил еще с родителями. Что же там такое случилось?

Начать я решила с маминого письма. Она всегда пишет по делу. Брендан, наверняка, просто решил вставить свои насмешливые замечания.

«Дорогая Корнуэлла! Расскажи, что нового у тебя в жизни! Как работа? Я слышала, что ты сейчас отдыхаешь на юге. Только не поняла, с каким именно из твоих старших братьев. Я им написала, но они молчат, – я с досадой закусила губу, начиная понимать, кто именно мог рассказать моей матери о путешествии на юге с «братом». – У нас все замечательно. Брендана повысили. Твой отец недавно выиграл на скачках пять золотых и тут же их проиграл. Но Брендон очень ограничил его в деньгах. А еще на этих выходных к нам приехал такой представительный молодой человек. Он представился Арманом дель Адванси, целителем из столицы. Мистер дель Адванси просил твоей руки. Я так рада, что ты наконец-то нашла свое счастье! Мы с отцом, конечно же, дали свое благословение. Поздравляю, дочь! Скорее возвращайся домой, будем готовиться к свадьбе! С любовью, твоя мама».

Я замерла, шокировано сжимая в руках письмо. Вот знала, что нельзя доверять мужчинам! Адванси решил, раз со мной так просто не вышло, обратиться напрямую к родителям.

Магистр с интересом наблюдал за сменой эмоций на моем лице.

– Давай, я угадаю, – сказал он с легкой насмешкой, – Тот целитель поехал к твоим родителям?

Я бросила на дель Моро убийственный взгляд, и он проницательно спросил:

– Благословили?

Я кивнула. Алан резко встал и вышел из купе. Явно выдумал себе невесть что. У меня же есть приставка «дель». Мои родители не смогут меня заставить выйти замуж. Хотя могут попытаться. Магистр с интересом поднял брови, ожидая моих действий.

Я выскочила вслед за Аланом. Сколько можно уже откладывать разговор?

Я резко дернула дверь, захлопывая ее за собой, завертела головой и успела заметить спину Алана, скрывшуюся за дверью в другой вагон.

Я поспешила следом.

– Алан! – окликнула я парня, пока он не ушел дальше.

Алан замер и позволил его догнать, но не торопился оборачиваться. Я взяла его за руку.

– Давай поговорим, – предложила я, невольно волнуясь.

Плечи Алана были напряжены, сам он так и стоял, опустив голову. Я обошла его, заглянула в лицо. Глаза у Алана немного покраснели, хотя оставались сухими, лицо застыло, скрывая эмоции.

Мое сердце отчаянно забилось в груди. Алан стоял неподвижно, и смотрел себе под ноги.

– Что ты хочешь сказать? – спросил он тихо.

– Я… – во рту пересохло от волнения, дыхание сбилось. – М-м-м… Ты расстроился?

Прозвучало как-то глупо. Алан бросил на меня короткий взгляд.

– Я в порядке, – ответил он слишком безэмоционально. – Поздравить не могу, извини.

В голове, казалось, перемешались все слова, из-за волнения я смогла только выговорить:

– П-п-почему?

Алан наконец-то поднял взгляд, его глаза мрачно блестнули.

– Не хочу врать, – сейчас в его голосе проскользнули какие-то эмоции, больше похожие на злость.

– Ты не рад за меня? – спросила я, закусив губу, чтобы не улыбнуться.

Алан тяжело вздохнул, опуская взгляд.

– Элла, к чему эти вопросы? – спросил он тихо.

– Почему ты просто не признаешься, что ревнуешь? – прозвучало довольно дерзко.

Алан внимательно посмотрел на меня.