Тут Клара замолчала, опомнившись, и поняла, что сказала лишнего. Тишина упала, как тяжёлый саван, прерываемая только прерывистыми всхлипами Клары, нервными сопением Гнуса и треском факелов на стене у входа.

Я медленно выдохнула. Будто сотни невидимых нитей натянутых всё это время до предела лопнули в тишине. Так вот оно что, слуги давно заметили. Мне хотелось думать, что они слишком примитивны, а моя, пусть неидеальная, игра была достаточно убедительна.

Что ж, моя нечисть оказалась не так глупа, как мне бы хотелось. Они давно заметили “подмену” и просто наблюдали, не подавая виду. Как же, оказывается, я была близка к провалу – один неверный жест или слово могли спровоцировать бунт. Однако, судя по всему, новая хозяйка пришлась им по душе – удивительно, но она нашлась даже в таких кровожадных созданиях.

Так что, не подумав отмалчиваться или юлить, я просто сказала:

– Ну, думаю, глупо уже отрицать, что я стала… другой. – Небольшая заминка оставила поле для фантазии, после чего с заметной сталью в голосе я продолжила: – Надеюсь, изменения в моём характере вы не посчитаете признаком слабости. Меня уже не прельщает насилие так, как раньше, но если понадобится….

Многозначительная пауза в конце заставила обоих слуг подобраться. Затем Гнус поспешил меня убедить:

– Что вы, госпожа, и я, и мои подданные только рады этому. Никто из ваших преданных упырей даже не помышлял вам как-то навредить.

– Как и другие слуги, – тут же добавила Клара. – Я сама об этом слышала, пока собирала мокриц в склепе.

Не ощутив от них и капли фальши смогла, наконец, расслабиться и уже мягче сказать:

– Раз так, тогда пришло время для ещё кое-каких перемен. – Порядком, заинтересовав кикимору и упыря, я интригующе закончила: – Как насчёт… улучшения качества вашей жизни?

Монстры. Так я называла их в самом начале. Вот только сейчас глядя на такие несвойственные чудовищам эмоции: надежду, радость, волнение о будущем их “семей”, больше не получалось считать их таковыми. А теперь, всего лишь став собой, мне удалось действительно превратиться для них в меньшее зло, чем Хильда.

Ладонь непроизвольно сжала складки платья. Эти глаза, полные надежды – они ведь смотрят на меня, а не сквозь, как прежде. И причиной тому оказалась не магия.

Следующие дни растворились в опросах и наблюдениях. Каждый из моих "чудищ" оказался сложнее, чем я думала – у каждого были свои страхи, мечты, странные маленькие привычки. Слава богу, никаких гнезд из останков никому не требовалось.

Как оказалось кому-то достаточно просто сырой земли в склепе, облагороженной еловыми лапами, а кто-то не против отдельных, тихих нор с пышной периной из полыни. Уж не знаю как, но на некоторых моих слуг эта трава действовала успокаивающе, вместо того, чтобы отпугивать как дикую нечисть. Видимо Хильда сделала это нарочно. Так и слуги её вели себя спокойнее, и не шарахались от “живого” защитного контура из трав вокруг башни. Как ни крути, но стоит отдать дань её уму. Ирония судьбы – столь острый ум достался такой излишне амбициозной и озлобленной особе, как Хильда.

Тень её имени скользнула по моей шее ледяными пальцами. Лунный свет, пронзая разрывы в тучах, превращал Мрачную Чащу в скопление искривленных костяных пальцев, тянущихся к небу. Ветер завывал в такт моему сердцу, а шершавый камень башни под ладонью напоминал: этот мир – лишь иллюзия, сотканная из чернильных клякс... или нет?

На ум сразу пришел недавний разговор с Элиасом.

Когда слова признания сорвались с моих губ, а меч Элиаса остался в ножнах, я задумалась – что творится в его душе? Тем более что в тот день, выслушав меня Элиас ушёл, сказав, что ему нужно всё обдумать. Естественно меня одолели переживания после такого. Мало кто отреагирует спокойно, если сказать ему «ты персонаж из книги в моём, совсем другом мире».

Однако Элиас меня удивил. Он явился на третью ночь после моего признания.

И без того тёмное небо заволокло тучами, отчего мне пришлось выйти навстречу, как только Гнус доложил о приближении знакомого гостя. Наброшенный Кларой на меня в последний миг плащ очень пригодился. Ведь едва мы с Элиасом встретились, как с неба сорвались первые ледяные капли.

Вместо того чтобы со всех ног мчаться к башне, мы укрылись под самой пушистой кроной ближайшего дерева, где я спросила всё ли в порядке и не слишком ли шокировало Элиаса знание о мире из книги.

Капли дождя упорно старались пробиться через листья, но предусмотрительно раскинутый над моей головой плащ Элиаса не давал им шанса оставить на мне влажный след. Я стояла под тёплым боком своего то ли врага, то ли союзника, пока он задумчиво накручивал прядь моих волос на палец свободной руки.

Элиас заговорил неожиданно, тем самым заставив меня слегка вздрогнуть, что вызвало у него извиняющуюся улыбку, пока он отвечал: