Как же я определила, что они все – семья? Не знаю. Почувствовала каким-то внутренним чутьём, хотя ни мужчины между собой, ни женщина с ними не были ничем друг на друга похожи. Змеиную часть их тел старалась не принимать в расчёт. Вообще старалась ниже животов глаза не опускать, чтобы не потерять последние крохи самообладания и быстрее прийти в себя.

Ну подумаешь, существа, чья половина тела ну совершенно не человеческого порядка. Жрица же согласилась с моим предположением о перемещении в другом мир, так почему бы ему, а точнее его жителям не быть отличными от нас, людей? Хотя, на счёт самой жрицы я как-то не уверена ещё, но старалась на этой мысли не зацикливаться, а вникнуть в дело, ради которого меня сюда переместили.

Всё же, чем быстрее справлюсь, тем быстрее отсюда уйду, верно? А уже наедине с собой потом всё обдумаю. Там уже можно будет и покричать, и поплакать, и поистерить, если слишком прижмёт. Пока же, терпим и решаем проблему.

Женщина, едва мы вошли, подскочила с широкого кресла, на котором сидела и ёрзала в нетерпении, и поспешила нам навстречу с покрасневшими глазами, полными слёз. Её протянутые к нам руки перехватила жрица, не дав ничего сказать и начав заверять, что всё будет хорошо, коль на это будет воля Богини. Её увещеваниями нас проводили через другой вход в коридор, а оттуда уже в одну из жилых комнат.

Удивительно, но отметила про себя схожесть с предыдущим особняком. И нет, она не заключалась в интерьере, а именно в затемнённости покоев нуждающихся. Снова все окна были закрыты и занавешены чем-то плотным, а двери закрывались очень плотно. Это наводило на мысли о сильной чувствительности пострадавших к свету и всего яркому. И если в следующем доме будет такое же, то это только подтвердит мои размышления.

О причинах же такой «светобоязни», как слабый целитель, я всё же пыталась составить в меру своих знаний. Как с чисто физической стороны тел, так и с магической. Но, чтобы сделать какие-то конкретные выводы, мне необходимо увидеть и этого нуждающегося. Вдруг, всё дело в той ужасной метке, что была на первом?

Жрица делала всё, чтобы заболтать говорливую и перепуганную женщину-змею, пока та рассказывала о пережитом ужасе с её сыном, в покои которого нас и привели. И заметив мой задумчивый взгляд, служительница Богини глазами указала за двери, предположительно ведущие в спальню. Хм, может это их часть работы? Что у предыдущей, что у этой – не давать мне мешать, отвлекать родственников и заинтересованных лиц, пока я занимаюсь «пострадавшим».

Как же хочется притормозить и всё хорошенько обдумать! Мозги уже начинают закипать от поступающей информации и скорости событий, в которые слишком уж резко вплели и меня. Вот я была дома, проводила тихий вечер в обществе жениха, предложив ему переночевать у меня. Вот наваливается осознание обмана и боль предательства, поведшие за собой побег, спасением от которых становиться побег, явление Богини и перенос в другой мир. Совершенно мне неизвестный, к которому просто невозможно быть подготовленным, а уж в таком быстром ритме событий тем более.

С этими мыслями я вошла в небольшую спальню, плотно прикрыв дверь. И вновь обстановка, покрытая почти непроглядной темнотой. Я вижу только двери встроенного шкафа напротив закрытого чем-то ещё более плотным, чем портьеры, окна. Небольшой низкий столик под ним с подушкой для сидения. Ну и невысокий и узкий комод со множеством квадратных ящичков и полочек в верхней его части, в которых располагались какие-то рулоны.

И всё. Даже кровати не было. Только что-то похожее на матрац на полу прямо посередине комнаты. На нём и лежало тело мужчины-змея. Но так, будто он метался несколько часов в ужасной агонии, прежде чем застыть изломанной куклой на месте. Одеяло, которым его видимо укрывали, было сбито и лежало в дальнем углу у шкафа.

Пока осматривалась вокруг и присматривалась к пациенту, чтобы лучше понять, как к нему подобраться и случайно не задеть при этом хвост, занявший большую часть пола, поняла, что мужчина-то не дышит! Я не слышу его дыхания!

Ужас и холод, охватившие меня, заставили выкинуть все мысли из головы и броситься к телу, чтобы проверить ужасную догадку. Приземлилась на колени прямо под боком, руки сами опустились на прохладную грудь, выпуская наружу магию и заклинание сканирования. Кажется, в эти десять секунд я сама задержала дыхание, боясь сбиться с контроля силы.

Неужели, мы не успели? О, Богиня!

Но не успела я вскочить, чтобы метнуться обратно в гостиную с криком о призыве лекарей, как под руками что-то бухнуло. Один раз. Через десять секунд снова. Потом ещё. И только после этого до моего сознания дошло: «Это сердце! Сердце бьётся!».