Ушвишиа – Бог-покровитель нагов.

Сколько бы раз до этого матушка ни молилась Богам и даже самой Лэстии, всё не было результата. Но этого совета она послушалась и повторила поход к дому Богини Любви. Там её встретила старшая жрица, выслушала, а потом заверила, что шанс есть. Но нужен ритуал «страждущего и нуждающегося».

Вот только что могла отдать из равноценного моей жизни матушка? Жрица лишь улыбнулась и ответила: «Богине виднее». И ритуал провели. Но не прошло и суток, как мне стало в разы хуже. Настолько, что холод от проклятой метки в считанные часы добрался до сердца.

Я плохо помню, что происходило дальше. Только холод и предсмертная агония, которые в какой-то момент начали неохотно отступать, а на их место пришли жар огня и щемящая нежность. Они затопили собой всё моё естество, вырвали душу из тьмы и вернули к свету.

Открыв глаза, я видел лишь потолок своей комнаты. Было темно, а источников света просто не было. Правда источник тепла буквально лежал на мне, заставляя замереть. Я даже испугаться ничему не успел, как меня окружил аромат хайши. Хайши, что никак не могла оказаться рядом, но была. Лежала, прильнув головой к моей груди, оживляя не только тело, но и сердце.

А когда она не отреагировала на мои робкие прикосновения и попытки заговорить, вот тогда пришёл страх. Девушка была без сознания, только время от времени приходя в себя. Магически прощупал её и уловил истощение по всем фронтам – нервное, физическое и магическое. Отчего решил не дождаться появления родителей в комнате, шуршание чьих хвостов уже приблизилось к двери, схватил свой самый желанный дар и переместился в свою рохаш.

Стоит ли вспоминать, что она была немного недоделана, что едва бы девушка пришла в себя, я бы сгорел со стыда. В тот момент я лишь хотел, чтобы она поправилась. Обвил её собой, начал пропитывать особой энергией нагов, которой обычно и делились мужчины со своей избранницей в моменты близости.

Сам не понял, как простое деление энергией завело меня и отключило от реальности. Я лишь чувствовал тепло и нежность кожи хайши, слышал её дыхание и слабые стоны наслаждения от моих действий. А когда услышал вовсе не сладкий всхлип, пришёл в себя. Обидел? Сделал больно?

В тот момент боялся даже вздохнуть лишний раз в её сторону, а надо было с рук не отпускать. Ведь едва потерял свою малышку с поля зрения, как она и вовсе исчезла из рохаш! И сейчас, лёжа и впитывая остатки её тепла и аромата с ложа, я вспоминал всё случившееся и пытался прислушаться к окружающему миру. Посторонней магии вокруг не было, значит ушла не сама и не порталом. Тогда как?

«И вообще, как моя нежная и такая красивая девочка оказалась в нашем доме, в моей комнате?» – это был первый и один из главных вопросов сейчас, который мог дать ответы и на нынешнее её местонахождение. И едва он прозвучал в голове, как я уже был в своей спальне, откуда вылетел, попутно одеваясь, и помчался на голоса родных.

Матушка, стоило мне показаться в главной гостиной, чуть не лишилась чувств, но взяла себя в руки и поспешила заключить меня в объятья. Но я лишь поймал её за плечи и всмотрелся в родные глаза, полные слёз.

– Рикхаш? – поднялся с кресла обеспокоенный брат, пока отцы вставали по бокам от матери и пытались понять, почему я не позволил ей подойти ближе.

– Откуда пришла моя хайши? – сразу перешёл я к делу, решив не мусолить.

– Хайши? – ахнула матушка и потеряла сознание.

Отцы осторожно перехватили её тельце и переместили на диван. А кровный – подошёл и предложил присесть. После чего рассказал всё, что случилось, пока я сгорал в агонии, в ответ же расспросил о том, где я пропадал несколько часов. Сказал лишь одно слово:

– Рохаш, – а потом умчался в сторону дома Лэстии. Я был уверен, что отец всё поймёт, без лишних объяснений.

До Храма я не добрался. На половине пути будто врезался в стену, едва услышал тихие перешёптывания двух нагов. Они думали, что их не слышно, но сейчас мои чувства слишком обострены, поэтому легко разобрал их разговор с кем-то третьим по кристаллу связи. И очень удивился, когда понял, что кто-то третий по ту сторону связи мало того, что вампир, так ещё и интересовался моей семьёй, но больше всего моей девочкой.

Стоит ли говорить, что та парочка погрызанных хвостов уже через несколько мгновений лежала без признаков сознания на земле, а я шипел в кристалл:

– Ес-с-сли ты пос-с-смеешь хоть что-то ей с-с-сделать, я не погнуш-ш-шаюсь перекус-с-сить тебе глотку.