«И вот что ему ответить? О личности должна молчать, о делах и планах божественных тоже… Да вообще должна молчать, если верить жрице», – думала я, удивляясь своим реакциям. Как-то всё неправильно в этом. Разве раз «отрицательное» блокировалось, то и «положительное» не должно было? Должно. Но почему тогда всё, относившееся к этому самому «положительному», очень ярко разливалось по телу, не встречая препятствий?

Но от нужды что-то говорить меня освободил буквально влетевший в комнату хозяин дома. Подлетел к родственнику и с тревогой всматривался, что-то спрашивал о самочувствии. Я же воспользовавшись моментом, быстро выскользнула в гостиную, где под руку была уведена спешащей прочь из дома и причитающей шёпотом жрицей:

– Вот неугомонный какой. Чуть всё не сорвал. А вы молодец, призванная, всё сделали как надо. Поспешим же.

– Куда? – только и могла вымолвить, переступая порог дома и чувствуя, как меня резко утягивает вперёд, словно шагнула в пространственный портал.

Богиня Лэстия

Как же приятно выпить чашечку лёгкого к а фи со сливками на обед в небольшом кафе недалеко от храма, особенно когда утро, да и вся неделя выдались очень продуктивными и загруженными. Даже тяжесть от усталости пропала на мгновение, давая перевести дух и собраться с мыслями.

Дверь резко открылась, отвлекая от сытной неги и заставляя сосредоточиться на происходящем вокруг. К одному из столиков поспешила вошедшая посетительница. Там её уже ждали две подруги, нетерпеливо ерзающие на своих местах в ожидании назначившей срочную встречу.

– Вы слышали новость? Господина Несферо вчера видели выходящим из храма Лэстии! – без приветствий и сразу к делу перешла припозднившаяся леди. И чтобы не отвлекаться, показала официанту знак «мне тоже самое, что и им».

Дистария Лоскас. Умная энергичная женщина, но слишком любит сплетни, которыми с удовольствием делится с подругами – Марикой и Соэнтой, как раз её и ожидавшими здесь. То-то они мне знакомыми на лица показались. Все трое те ещё мечтательницы, всё ждут благословения свыше на приглянувшихся мужчин, вместо того чтобы притормозить и оглянуться вокруг – туда, где и ждёт судьба. Эх, глупые дочери Норарты*…

– О, Богиня! – ахнула сухонькая брюнетка Марика, не сдержав эмоций. Вот уж точно – такое стоило всех их ожиданий. – Неужели он, наконец, решился? О-о-о, как же хочется быть на месте его избранницы! А кто она, кстати, известно?

– В этом-то и особенность! – усмехнулась злорадно Дистария, озадачивая подруг. – Её нет! Он ни с кем, совсем ни-ни после того инцидента с ныне леди О рфо.

– Тогда может нашлась та, что приглянулась? – неуверенно предположила хмурая русоволосая Соэнта, прикусывая пухлую губку и морща курносый носик. Зато я не удержалась от улыбки, что тут же прикрыла чашкой, отпивая напиток.

– Думаешь? – брюнетка от такого растеряла былую прыть, но быстро взяла себя в руки, начав рассуждать: – А вдруг это ради брата? Ки а нтис ведь… отвергнутый – ему теперь на территорию храма и подавно нельзя.

– Считаешь, что против воли Лэстии решили пойти? – скептически приподняла брови Соэнта. – Я понимаю, родные братья, старший ответственный за младшего, но всё же.

– Кто знает? – пожала плечами Марика. – А вообще, если не получится у них, то, думается мне, их семья дорого отыграется на леди Орфо! – и столько праведного гнева вспыхнуло в её зелёных глазах. – Это же надо было придумать такой план – крутиться вокруг младшего, чтобы соблазнить старшего!

– За двумя р у фу* погонишься – ни одного не поймаешь, – заметила блондинистая вестница, отпивая принесённый официантом чай. К пирожному из воздушных сливок на пропитанном соком тисов* бисквите притрагиваться она не спешила, решив сначала утолить жажду после быстрой ходьбы.

– Верно! Но так жалко Киантиса! – сокрушалась брюнетка, грея пальчики о бока своей чашки. – Такой лапушка, а так пострадал! Его же теперь ни одна циса* не выберет, а уж дисы* и подавно не посмотрят!

– Ох, Богиня, защити и прости их! – тяжело вздохнула русая. Не волнуйся, дочь Норарты, я-то всё слышу, а вам бы лучше самим уши да глаза открыть! – И всё же, кто эта смелая, ради которой зарёкшийся сам нарушил слово? – и отломила кусочек своего пирожного.

– Ах, вдруг она его дианса? – вдруг предположила худая Марика, заставив подруг подавиться.

– Дианса – это романтичные сказки, – откашлявшись и залпом выпив чай, прохрипела Дистария. – А если и нет, то пережиток далёкого прошлого, который уже давно научились обходить ради истинной любви!

Ну не скажи, глупое дитя! Вот решу, чтоб ты стала ею для того, от кого воротишь свой шустрый и везде лезущий носик, посмотрим, как запоёшь!