– Мрррря! – Взвыл кот от неожиданности.

И посмотрел на меня глазами оскорбленного в лучших чувствах лорда, которому отказали прямо посреди бала.

Укоряющий взгляд страшных колдовских глаз кричал: издевательства над котами наказуемы! Ты сейчас за все ответишь, несчастная, с довеском! Кто плохо с котиком обращается – тот долго не живёт! А сколько живёт – живёт плохо и мучительно!

Увы, я не поддалась. Угрозы собственной сестры в свое время были более впечатляющими.

– Мройн, это не шутки, – сказала тихо, сжимая несчастное ухо. Если бы хотел ударить или вывернуться – я бы не смогла его удержать, – я перед тобой душу раскрывала. Чем именно ты поделился с драконом?

– Оглашенная, – мяукнул обиженно  балабол и стукнул меня пушистой лапой. Совсем небольно, но намек я поняла, и котика отпустила, – у меня ухо теперь распухло, сама лечить будеушь! – Возмущённо оскалился Мройн. – Никаких твоих глупых мечтаний и слюнявых рассуждений я не передаваул, за кого ты меня принимаешь? – Возмутился.

Хвост дыбом, глаза прищурил, напружинился, раздувшись мохнатым шаром.

– Что. Ты. Ему. Рассказал? – Повторила с нажимом.

В душе клокотало странное чувство. Мне было важно, жизненно важно убедиться, что тот, кому я доверилась, меня не предал.Ведь рассказать можно много чего... И ещё зависит от того, как именно рассказывать...

– Да только то, что ты и сама хотела, да бояулась, мур-рочка! – Обозвали меня по-кошачьи. – Что тебе сказали, будто детей имеуть не сможешь, да что так считает отцовский целитель. И всеууу! – Оскорбленно взвился хранитель.

Мне было немного стыдно. Самую каплю.

– И что он... на это сказал? – Если все ещё хочет заключить брак, значит, для него это не так уж важно.

Значит, правдивы те слухи, которые говорят, что драконы могут иметь детей только от своей пары?

– Ничегоууу. Неужели непонятно, что все свои страухи ты сама придумала. Дракон Мертвых Душ знает цену жизни и своему слову, поверь мне-у, – меня одарили снисходительным мудрым взглядом мерцающих глаз.

Из дверного проема шагнул дракон. Тиарграт был так же безупречен, спокоен и внешне холоден.

– Жрец готов заключить этот брак, – низкий рычащий голос снова заворожил и обволок.

Казалось, что поразительное бесчувствие сочетается  в некроманте с поразительной же эмоциональностью. Но какой-то иной, совершенно нечеловеческой.

– Хорошо, – ответила коротко, чувствуя, как сжимает горло от волнения.

Вероятно, я была довольно немногословной невестой, но и жених не отличался красноречием.

Тиарграт предложил мне руку. Дождался, пока я за нее ухватилась.  И провел сквозь темную завесу.

Я ожидала всего, чего угодно. Мрачного склепа, холода и даже ходячих скелетов. Высоких арок и потолка, который теряется в вышине. Огромной статуи посредине.

Чего я не ожидала – так это того, что никаких ощущений не испытала. Просто шагнула в одном месте, а вышла...

Здесь было тихо. Почти. Раздавался едва слышный мягкий звон – его издавали прозрачные, с едва заметным сине-зеленым оттенком цветы, укрывающие покрывалом пол. Они росли прямо из серого камня. Было сумрачно и тепло.

Горели голубым пламенем факелы в виде причудливых голов каких-то монстров.

Прямо в середине небольшого зала искрился фонтан. Вода мощным потоком изливалась из ниоткуда, из воздуха, рассыпаясь пеной и искрами о каменную чашу. В фонтане кто-то плескался и шуршал.

Я завертела головой, не в силах справиться с любопытством, и услышала вдруг негромкий, абсолютно лишенный эмоций голос:

– Мрачных дней и сияния душ, дочь Некрополя. Мы давно ждали тебя.

Фигура в глухом серебряном плаще с маской в виде – тут я немного дернулась – черепа – шагнула из темноты к фонтану.

Глаза незнакомца... жреца... горели расплавленным серебром. Ни белка, ни зрачка.

– Вероятно, если бы я знала, что меня здесь ждут, темнейший, я бы поторопилась, – я присела в затверженном реверансе.

Грубить служителю богов? Земля прими этих несчастных!

– Славная девочка. Твоя жизнь чуть не оборвалась. Боги гневаются. Каждое дитя, впитавшее искру некро, священно, – голос служителя был все так же равнодушен, но меня не покидало странное ощущение, что меня рады видеть.

– Но вы не пытались спасти меня. Жрецам запрещено вмешиваться в дела смертных? – Догадалась я и без подсказки.

Цветоносные девы и маги... это не совсем жрецы. Там особенный случай.

Ладонь дракона сжалась на моем плече.

– Умная девочка. Храни ее, Каратель императора. Вам обоим повезло. Обычно я не так часто бываю в этой обители. Люди стали забывать о Владыках Посмертия.