Я не вмешивалась. Не хотелось вызвать гнев графа еще и на себя. К тому же, Себастьян лучше знал своих сестер. Еще я подозревала, что он мог знать и то, где вторая сестра. По крайней мере, догадывался. Немного покоробила мысль о том, что меня забыли предупредить, что близняшки могут сбежать и доставить немало хлопот и беспокойства. Видимо, опасались того, что я не соглашусь или тоже сбегу через пару дней работы с девушками. Но мне придется их разочаровать. Я не уйду! Мне нужны рекомендации. Неделю продержалась, значит, смогу и до конца. Лишь бы граф меня не рассчитал раньше времени…

— Она осталась там, в родительском доме, — еле прошептала Амалия, затем заплакала. — Я уговаривала ее вернуться сюда, но она не захотела. Сказала, что твое поместье никогда не станет ей домом. Что ей не нужны ни имя отца, которого мы обе не знали, ни приданое. Тем более замуж за того, кого ты выберешь, она не собирается.

Я не все понимала из слов Амалии, но мне было жаль девушек.

— Успокойся, Амалия. Я съезжу за ней, — граф притянул дрожащую девушку. — С ней все будет хорошо. Тебя отведут к себе.

Успокоив сестру, после Себастьян передал ее в руки слугам. Гвендолин вместе с другой служанкой увели ее в дом. Я было последовала за ними, чтобы проследить, но меня остановил грозный голос графа.

— А вы куда собрались, леди Саттон? Позвольте узнать.

Я развернулась к нему и взглянула непонимающе.

— Мы едем за Клариссой. Своего питомца оставьте в поместье. Еще не хватало, чтобы он нагадил в моей карете.

Возразить я не посмела. Ведь и я частично виновата в том, что они сбежали. Недосмотрела, недоглядела. Вручив возмущенного словами графа Йенса Вильяму, засеменила за графом.

Колеса кареты глухо стучали по брусчатке, увозя нас прочь от поместья, в сторону деревни. Лунный свет едва пробивался сквозь маленькое окошко. Я сидела напротив графа, чувствуя, как прохлада ночи пробирается сквозь складки платья. Но мысли мои были заняты другим.

— Расскажите мне о них, — тихо попросила я, глядя на его профиль. — О ваших сестрах. Вы многое утаили, когда я согласилась обучить их.

Он на мгновение замер, будто колебался, стоит ли, но потом медленно кивнул.

— Про своих сестер я узнал от отца, когда он уже умирал. Ему захотелось очистить свою совесть, — начал он, и голос его звучал глухо, словно ему было тяжело и больно говорить. — Он согрешил со служанкой, затем выслал ее из поместья, чтобы моя матушка не узнала. Но не бросил их, помогая финансово. Но ни разу не навестил и не увиделся с дочерьми. Отец взял с меня слово, что я не брошу их, привезу в наш дом и дам свое имя. Потом протянул письмо, которое было написано матерью девушек, — Себастьян замолк, глядя в окно.

Я с нетерпением ждала продолжения истории, но не торопила графа, давая ему собраться с мыслями. Ворошить прошлое — не самое приятное занятие.

— После похорон я сразу же поехал за ними. Они жили со старой няней. Их мать тоже умерла. Я сообщил им про их отца и привез сюда. Амалия оказалась тихой и послушной. Старшая, мудрая. Кларисса же… — граф усмехнулся. — Она была похожа на создание из ада. Полная противоположность своей сестры. Она три дня проходила в одном и том же платье, в котором я привез ее в поместье, не желая сменить его и принимать новые. Отказывалась есть за столом в столовой, обедая на кухне. Вечно спорила. Все делала наперекор мне.

Карета резко дернулась, угодив в яму на проселочной дороге. Я чуть не упала в объятия графа. Себастьян удержал меня и усадил на скамью. Но момент был уже испорчен. Граф далее не стал продолжать говорить про близняшек.

— Мы найдем ее, — произнесла я, уверенная в своих словах.

Раз Амалия сказала, что Кларисса осталась в том доме, где они жили с матерью, то так оно и есть. Вряд ли девушка будет разгуливать по деревне одна еще и среди ночи. Не самое лучшее время для прогулок для одинокой девушки, пусть и в деревушке.

Граф посмотрел на меня, и в его глазах, обычно таких холодных, горела отчаянная надежда.

— Надеюсь, вы окажетесь правы, леди Саттон. Потому что, если с ней что-то случится…

Он не договорил. Не было надобности.

И тут карета остановилась. Первым вышел граф. И, забыв про меня, понесся к дому. Я поспешила за ним. Окна дома оказались темными. Ну и правильно. Скорее всего, Кларисса спит. Граф Кэмбелл не стал церемониться и громко постучал в дверь, даже не подумав о том, что может напугать бедную девочку. В ночной тишине звук получился не просто громким, а оглушающим. В соседних домах тут же залаяли собаки, где-то даже зажегся свет.

Нам никто не открыл. Себастьян постучал еще раз. Но и это не принесло плоды. Кларисса отказывалась открывать. Граф не стал стучаться в третий раз. Он просто выбил дверь. Я ахнула и осталась стоять на пороге, когда он исчез в доме.

— Клариссы там нет, — появился он через минуту, сверля меня разъяренными глазами.

Как это нет? Амалия же сказала, что ее сестра осталась в родительском доме.