Король сидел во главе стола. Место по правую руку от Вульфрика оставалось пустым. По левую сидела Альгия с каким-то странным выражением лица. Лиссандра не могла понять: сестра сейчас лопнет от собственной важности или собирается заплакать.

Ведана сидела левее от Альгии, немного снисходительно улыбаясь уголками губ. Рядом с ней стояла ёмкость, накрытая тряпицей.

— Ваше величество, — герцог Гренстон коротко поклонился.

Лиссандра, не отставая, присела в реверансе. Однажды приняв Вульфрика, как своего короля, герцогиня будет верна своему слову, что бы она не думала о Харольде, как о человеке. Собственно, как о правителе, она была о нём высокого мнения. Всё-таки заслуги этого человека перед его королевством и подданными были неоспоримы. Лисса из собственного опыта знала, что так бывает. Её отец, несмотря на не лучшее отношение к ней лично, был хорошим правителем для подданных Срединных земель. При нём продвигались реформы в образовательной системе и социальной сфере, изменилась роль женщины так, как ни в одном ближайшем королевстве.

Неудобства в обществе сидящих за столом людей она не испытывала, но и тёплыми чувствами к ним не пылала. По сути, они все здесь сейчас были членами одной семьи. Но семья для Лиссандры никогда не была чем-то близким. Ведана не в счёт.

Харольд нетерпеливо указал Эрику на место рядом с собой. Герцог посторонился и первым делом помог супруге сесть правее от себя, придвигая тяжёлый стул с высокой спинкой. Затем устроился рядом с королём и спросил в лоб, не соблюдая приличий:

— Харольд, не пойму, ты чего светишься, как огни на сторожевой башне? Неужели молодая супруга такая сладкая? — герцог подмигнул Альгии, которая оказалась напротив него. Та залилась краской от подобной пошлости, стрельнула глазами в супруга и, затрепетав ресницами, опустила глаза и уткнулась в тарелку.

Лиссандра посмотрела на сестру, оценивая состояние её здоровья. День без тряски в повозке явно пошёл ей на пользу. Зелёный цвет лица исчез, оставляя только бледность и небольшие тёмные круги под глазами.

Король ухмыльнулся как-то со значением и, подхватив руку супруги, нежно её поцеловал.

— Эрик, ты солдафон! Видишь, твои слова смущают мой нежный цветочек. И не забывай, перед тобой сидит твоя будущая королева.

— Как можно! — воскликнул герцог. — Я даже помню, что ты мой король!

Фраза Эрика вызвала громкий смех у Харольда, и он звонко стукнул герцога по плечу.

— Я не сомневаюсь.

Король отсмеялся и, хлопнув в ладоши, произнёс:

— Хочу, чтобы ты, брат, узнал новость первым. Леди Ведана, — обратился он с кивком головы к ведьме. Женщина жестом фокусника сдёрнула с сокрытой ёмкости парчовую ткань, и все уставились на стеклянный сосуд.

Лиссандре хватило взгляда, чтобы понять причину веселья короля и разобраться с настроением сестры. Она посмотрела на Альгию и открыто улыбнулась. В душе разлилось что-то тёплое по отношению к младшей родственнице.

Эрик ничего не понял и попросил объяснений в шуточной манере, поддерживая весёлое настроение короля:

— Не понял. Ты решил нас удивить живой жабой? Что она делает за столом? Я предпочитаю их зажаренными на походном костре. Или леди Ведана кого-то заколдовала из твоих приближённых? Я, кстати, со вчера не видел твоего адъютанта. Неужели бедный Арни чем-то не угодил леди?

— У меня будет наследник! — Харольд сказал это, раздуваясь от гордости. Даже подбородок кверху задрал.

Эрик странно посмотрел на сосуд и перевёл взгляд на брата. На его лице читалось недоумение.

— Герцог Гренстон, позвольте пояснить, — вступила в разговор Ведана. — У нас в королевстве женщины умеют определять наличие интересного положения уже на пятый — двенадцатый день после наступления беременности. Для этого используют самок лягушек. Никакого колдовства, милорд, — Ведана подробно описала, как производится определение, и, подняв в руки ёмкость, всем продемонстрировала наличие намётанной лягушачьей икры. — Сегодня девятый день после первой брачной ночи моей младшей племянницы и его величества. Поэтому результат достоверен.

Эрик принял объяснение и бросил острый взгляд на супругу, чуть прищурившись. Лиссандра в это время как раз смотрела в сторону короля и столкнулась с вопросительным взглядом герцога. Ответить на него ей было нечего, и она отрицательно качнула головой.

— Я так понимаю, объявлять пока ты об этом не будешь? — полюбопытствовал Гренстон у Вульфрика.